Книга Канцлер-дракон. Её тёмный защитник, страница 66 – Рина Мадьяр

Хотелось бы мне поправить, что не моего прошлого, а Мистреи, но осекаюсь. Плитка на столе будто она зовёт меня, будто в ней живёт эхо той земли, о которой я ничего не помню, но которая течёт в моей крови.

— Положи руки, — командует Хаггар. — Закрой глаза и слушай, не просто слышь, а слушай, впусти в себя.

Я повинуюсь, и камень под ладонями оказывается прохладным, но постепенно теплеет, будто отзывается на моё тепло, а когда я закрываю глаза и пытаюсь сделать то, чему он учил меня раньше, уйти вглубь, в ядро, слиться с песней, происходит нечто иное.

Сегодня камень не просто поёт, он говорит, не словами, а ощущениями, и я чувствую горный воздух, холодный и чистый, чувствую, как ветер гуляет по склонам, как глубоко под землёй пульсирует живая сила, как дышит сама земля.

— Вижу, — голос Хаггара доносится будто издалека, и я с трудом возвращаюсь в реальность лаборатории, открывая глаза и чувствуя, как дрожат руки. — Вижу по твоему лицу. Чувствуешь.

— Что это было? — шепчу я.

— Твоя земля, — отвечает он просто. — Ты чувствуешь связь с ней, не училась, а просто чувствуешь. Это дар крови, Ард, или как тебя там на самом деле зовут.

Я смотрю на него с ужасом, но он только отмахивается.

— Не трясись, я никому не скажу, моё дело учить, а учить тебя одно удовольствие, потому что таких, как ты, я за всю жизнь не встречал.

Он подходит к шкафу, достаёт ещё несколько образцов и выкладывает передо мной.

— Теперь попробуем другое, не просто слушать, а различать. Каждый камень хранит память о том, где лежал, что видел, через что прошёл, и твоя задача не просто слиться, а понять, откуда он, из гор, с равнины, с речного дна, сколько ему лет и через чьи руки проходил.

— Я не умею, — вырывается у меня.

— Научишься, — он смотрит на меня в упор. — Ты умеешь больше, чем думаешь, просто не знала об этом раньше, а теперь знаешь и будешь учиться.

— С чего начать? — спрашиваю я коротко, разглядывая камни перед собой.

— С любого, — пожимает плечами Хаггар. — Они все твои, у тебя теперь есть всё время мира, полный доступ к лаборатории и я в качестве личного наставника. Да ещё и благодаря тебе мы скоро уедем отсюда, так что давай, Ард, удиви меня.

Я протягиваю руку к первому камню, закрываю глаза, и мир вокруг исчезает.

Я протягиваю руку к первому камню, закрываю глаза и мир вокруг исчезает.

Сначала исчезает звук, потом исчезает свет, потом исчезает ощущение собственного тела, и я остаюсь одна в бесконечной пустоте, но пустота эта не страшит, потому что через мгновение она начинает заполняться. Сначала появляется ветер, холодный, пронизывающий до костей, но при этом странно родной, будто я знала его всегда, просто забыла. Потом появляется запах — хвоя, снег, какая-то терпкая трава, которую я не могу опознать, но от которой щемит в груди. Потом появляется свет, серый, предрассветный, и я понимаю, что стою на склоне горы.

Я смотрю вниз и вижу долину, покрытую густым лесом, вижу извилистую реку, сверкающую в утренних лучах, вижу далёкие вершины, уходящие в облака. Ветер треплет мои волосы, и я чувствую, как он проникает в каждую клетку, наполняет лёгкие, вытесняет всё чужое, всё лишнее, всё, что не я.

Я делаю шаг и чувствую под ногами не просто камень, а что-то живое, дышащее в такт со мной. Земля здесь пахнет по-особенному, она пахнет домом, хотя я никогда не была в этих горах, никогда не видела эту долину, никогда не вдыхала этот воздух.