Книга Канцлер-дракон. Её тёмный защитник, страница 53 – Рина Мадьяр

Хватит. Хватит быть мишенью, пешкой, разменной монетой в чужих расчётах.

Я резко вытираю лицо краем простыни. Я не знаю, кто страшнее равнодушный Император, чьей волей двигаются все вокруг, или канцлер, чья помощь похожа на похищение. Не знаю, зачем Хаггар хранит мою тайну.

Но я знаю, что в следующий раз, когда Элис или кто-либо ещё попробует меня задеть, они получат ответ.

Утро встречает меня ледяным ветром с гор, пробирающимся в щели окна. Но внутри горит тот самый огонь, что разгорелся ночью.

Занятие по базовой кинетике проходит на открытой площадке в форме широкого каменного круга, вмурованного во внутренний двор академии. Нужно удерживать в воздухе несколько мелких камней, задавая им медленное круговое движение. Упражнение на концентрацию и тонкость контроля. У большинства учеников камушки дёргаются, падают. Мои, к удивлению магистра, зависают ровно и начинают плавно вращаться почти сразу. Я просто чувствую их вес, их инерцию, и не позволяю им упасть, помня слова мастера Хаггара о том, что в моём имени воздух всё равно будет брать верх над камнем, даже если я его сменю.

Именно тогда, переводя взгляд с камней на горизонт, я замечаю в высокой аркев глубокой тени силуэт Дэйнара. Он беседует с кем-то из старших магистров, жестом указывая на что-то в свитке. Но угол его плеч, поворот головы выдаёт, что его внимание приковано сюда, к кругу. Ко мне. Он здесь. Снова. В неурочное время, в месте, где ему, казалось бы, делать нечего.

Мои камни на мгновение вздрагивают, но я резко возвращаю фокус, заставив их вращаться ещё ровнее. Я не отвожу взгляда от своей работы, но кожей чувствую этот тяжёлый, изучающий взгляд.

После занятия, возвращаясь в крыло, я натыкаюсь на кучку младшекурсниц у колодца. Они азартно о чём-то шепчутся и замолкают, лишь увидев меня. Но я уже успеваю услышать обрывки: «…опять здесь, видели утром…», «…говорят, из-за неё…», «…жутко, он как тень…».

Я прохожу мимо, делая вид, что не слышала. Но слова врезаются в память.

В столовой за обедом атмосфера ещё явственнее. За соседним столом сидят старшие ученики те, кто готовится к посвящению в младшего мастера. Их разговор приглушён, но несётся ко мне обрывками, будто нарочно.

«…канцлер Эштар третий раз на этой неделе в стенах академии. Спрашивал у Хаггара о прогрессе новеньких групп…»

«Прогресс? Он интересовался одной конкретной новенькой, и мы все это знаем. Зачем Верховному канцлеру вникать в успехи учеников?»

«Может, присматривает себе перспективного геоманта на службу?»

«В таком случае он бы говорил с Хаггаром в своём кабинете, а не приходил смотреть лично».

Я медленно ем свою похлёбку, стараясь, чтобы рука не дрожала. Так вот оно что. Он не просто следил за мной вчера. Он постоянно здесь.

На следующий день прямо перед вечерним занятием к моей комнате является тот самый офицер в алых акцентах.

— Ученица Ард. Его Величество требует вашего присутствия. Немедленно.

Сердце замирает, потом начинает колотиться так, что, кажется, его стук слышно в тишине коридора. Я механически поправляю платье, но дрожь в пальцах не унять.

Меня приводят в просторный кабинет, где гигантское окно впитывает бледный свет хмурого дня. Потрескивают поленья в камине, отбрасывая на стены длинные, пляшущие тени.