Книга Канцлер-дракон. Её тёмный защитник, страница 116 – Рина Мадьяр

Варрад молчит уже второй час, и я понимаю, что он не скажет ни слова больше.

— Ты теряешь время, Эштар, — произносит он, не поворачивая головы. — Я сказал всё, что хотел.

— Ты ничего не сказал, — отвечаю, поднимаясь и отодвигая стул со скрипом по каменному полу, что почти оглушает в тесной камере.

— Этого достаточно. Подумай над моими условиями. А теперь иди. У тебя скоро слушание, канцлер. Не опаздывай.

Он улыбается, а я сжимаю кулаки, чтобы не ответить. Выхожу из камеры, и дверь с глухим стуком закрывается за моей спиной. Стражники вытягиваются, провожая меня взглядами.

Временный кабинет встречает полумраком, за окнами уже полдень, но тучи сгустились, и свет едва пробивается сквозь мутные стёкла. Я сажусь за стол, смотрю на бумаги, которые передам императору, и чувствую, как время утекает сквозь пальцы.

Слушание начинается через час.

* * *

Зал заседаний заполнен до отказа. Те же высокие своды, те же каменные стены, что и в прошлый раз, когда здесь судили Марианну, но теперь все взгляды устремлены на меня. Аристократы перешёптываются, занимая места на скамьях для зрителей, дамы прячут лица за веерами, мужчины хмурятся, разглядывая меня с холодным любопытством.

Я занимаю своё место справа от возвышения, где восседает император. Мои стражники остаются у входа, а их синие плащи выделяются среди пёстрой толпы. Капитан, верный человек, кивает мне, и я отвечаю лёгким наклоном головы.

Варрада приводят в цепях, его боевая броня заменена на простую тюремную робу, но он держится прямо, с вызовом оглядывая зал. Его сажают на отдельную скамью для подсудимых, и я чувствую на себе его взгляд, полный ненависти.

Император Рааз-Аштар Хазрад восседает на возвышении, его лицо непроницаемо, янтарные глаза скользят по залу, останавливаясь на мне, на Варраде, на судьях. Он выглядит уставшим, но его голос, когда он начинает говорить, твёрд, как сталь.

— Сегодня рассматриваются два дела, — голос глашатая разносится под высокими сводами, заставляя всех замолчать. — Первое обвинение верховного канцлера Дэйнара Эштара в укрывательстве изменницы и использовании её для личных целей против империи. Второе обвинение капитана императорской гвардии Варрада в государственной измене, взяточничестве, контрабанде и покушении на жизнь верховного канцлера. Поскольку обвинения взаимосвязаны, слушание будет общим.

Прокурор, назначенный императором, поднимается и начинает зачитывать обвинения против меня. Сухо, официально, без эмоций. Он перечисляет факты: я нашёл Мистрею Анрих в лесу, не доложил о ней императору, укрывал её в своём поместье под видом служанки, затем помог ей поступить в академию, женился на ней. Всё это правда, и в другой ситуации это выглядело бы как тщательно спланированный заговор.

— Ваше Величество, — голос прокурора становится громче, — канцлер Эштар сознательно скрывал от империи особу королевской крови, что является прямым нарушением закона о престолонаследии. Он использовал её дар для укрепления своей власти, а затем, женившись, ввёл её в круг высшей аристократии империи. Это не могло быть случайностью. Это был расчёт.

В зале поднимается шёпот, и я слышу, как леди Ашита, сидящая на скамье для зрителей, шепчет леди Мирре: «Как они могут?» Но я не оборачиваюсь. Сейчас важно только то, что я скажу в свою защиту.