Книга Врачебная тайна 3, страница 38 – Дия Семина

Стеша смущённо кивнула и сбежала, осознав, что немного лишнего хватила со своим предположением о хозяйских делах.

Аврааму Ниловичу пришлось по душе моё сообщение, что Андрей Антонович не в застенках проводит время, а под присмотром более опытного лекаря, и что нужно приготовить комнаты мужа к его возвращению.

— Помилуйте, госпожа, всё готово…

— Вот и прекрасно, я лишь хотела убедиться. У нас были непростые времена, спровоцированные глупостью приживалки, это я про Елену Осиповну, если она появится на пороге в моё отсутствие — гоните её метлой. И это не метафора, — говорю нарочито серьёзным голосом.

— Вот как? Конечно, непременно, но она госпожа…

— Она нищая и не дворянка, а дворняжка, обычная камеристка, возомнившая себя чем-то большим. Так что не стесняйтесь, её поведение бросило тень на нашу семью, и этому срочно нужно положить конец.

Авраам Нилович поклонился, а я считала его мысли, что так нужно было поступить давным-давно, но он не позволил себе лишних замечаний. Однако заметил мою фразу про скорое отсутствие:

— А вы куда-то уезжаете?

— Весьма вероятно, так что дом придётся вести Андрею Антоновичу, все распоряжение, какие я оставляю, и все назначения, в том числе и по оплате, остаются в силе. И все жильцы, какие у нас поселились, должны остаться. Содержание я продолжу выделять, как обычно.

— Благодарю за исчерпывающий ответ, я всё понимаю…

(Улавливаю в его сознании неверную мысль, что я психанула и сбегаю от ненавистного мужа, раз нет возможности развестись, вот так и рождаются слухи).

— Нет, вы вообще ничего не понимаете. Меня, вероятно, возьмут на службу, хоть я совершенно не желаю этой участи для себя, но так вышло. Посему мне придётся переехать во дворец.

Камердинер внезапно вытянулся, замер в почтении, как истукан, и несколько раз моргнул, как моргает большая рыба в ресторанном аквариуме…

Новость буквально пригвоздила его к полу.

Сколько в нём проявилось почтения, уважения и раболепия в едином порыве. Это изрядно позабавило меня. Однако следующая его мысль заставила задуматься. Он хотел было посоветовать одну весьма сведущую модистку, но постеснялся.

— Авраам Нилович, вы хотели дать мне дельный совет? Так не стесняйтесь, уж лучше получить его от вас, нежели опозориться при дворце в позапрошлогоднем наряде.

Он оттаял, смущённо улыбнулся и, понизив голос до шёпота, решился на предложение:

— Я на дружеской ноге с самой влиятельной модисткой, она обшивает придворных дам, хотя, говоря по правде, многие из них в моде совершенно несведущие. Но при вашей красоте немного придать гардеробу шика, было бы весьма кстати. Вы позволите съездить и от вашего имени переговорить.

— Да, конечно, скажите ей, что я сейчас располагаю суммой в двести рублей и мне нужно минимум три соответствующих наряда, бельё и прочие аксессуары, какие пригодятся в непростой дворцовой обстановке. Благодарю вас за своевременную помощь.

— Что вы, я счастлив вам служить, — он низко поклонился и вышел чуть быстрее, чем обычно.

Вот она, та самая польза от службы во дворце. Я ещё не получила место, а уже вызываю трепетный восторг у обывателей. Думаю, что Андрей, когда узнает о назначении, растает, как мороженое в жаркий день.

Но у меня сейчас есть дела намного более важные, чем думать о муже, Елене и прочих. За четыре дня беспамятства моя красота увяла. А это не только плохо — это опасно. Как знатная дама, я обязана выглядеть словно новенький золотой рубль.