Книга Печать ненависти, страница 3 – Мелина Боярова

Я стояла посреди древнего леса, сжимая в руке теплое золото отцовского кольца, и чувствовала себя бесконечно одинокой и одновременно наполненной силой. Я не просила этой власти. Я не искала трона. Но судьба, прописанная в корнях этого дерева, не оставила мне выбора.

— Встаньте, — тихо попросила я. — Пожалуйста. Мне не нужны слуги. Мне нужны соратники.

Креслав поднял голову, собираясь что-то ответить, но его слова потонули в яростном крике, раздавшемся со стороны тропы, ведущей к деревне.

— Предатели! Ироды! Измена!

Мы все резко обернулись. На краю поляны возник один из воинов — молодой парень по имени Рогволд, которого Креслав оставил в деревне. Видимо, любопытство или подозрительность заставили его покинуть пост и проследить за нами.

Он стоял метрах в пяти, с перекошенным от ненависти и фанатичного ужаса лицом. Рогволд явно пропустил момент, когда гревень передал мне кольцо. Деревья скрывали от него сам момент чуда. Но он прекрасно видел другое: его командир, сотник Креслав, и княжеский проверяющий Скуратов стоят на коленях перед «дикаркой», которую Радомир приказал уничтожить.

— Вы продали честь! — визжал Рогволд, брызжа слюной. Его аура была грязно-багровой, пульсирующей от слепой верности ложным идеалам. — Вы кланяетесь ведьме! Князь узнает! Я сам принесу ему ее голову!

Он выхватил меч и бросился в безумную атаку. Одиночка против опытных бойцов и чародеев. Но фанатизм часто граничит с безумием. Он бежал прямо на меня, замахнувшись клинком для удара. В глазах горело желание убить любой ценой.

— Стоять! — рявкнул Креслав, вскакивая с колен и вытаскивая меч, но он не успевал перехватить своего подчиненного.

Андреас вскинул руку, формируя огненный шар, Лютобор создал защитный купол, но он развеялся под действием древней силы. А Рогволд уже был рядом, подгоняемый адреналином.

Однако гревень оказался быстрее. Он не нуждался в заклинаниях и не терпел угроз на священной земле.

Земля под ногами бегущего воина вздыбилась. Корни, толстые, как удавы, и быстрые, как молнии, вырвались из почвы. Рогволд даже не успел вскрикнуть. Один корень обвился вокруг лодыжек, сбивая с ног с тошнотворным хрустом. Второй перехватил руку с мечом, сжимая ее с такой силой, что клинок выпал из ослабевших пальцев.

— Нет! — только и успел прохрипеть парень, прежде чем третий корень, самый толстый, обвился вокруг его торса, выжимая воздух из легких.

Гревень не стал убивать нарушителя на месте. Он утянул добычу вниз. Земля под Рогволдом разверзлась, превращаясь в жидкую грязь. Корни неумолимо тащили жертву в глубину, в черную пасть подземного мира, туда, где переплетались жизнь и смерть.

— Помогите! Командир! — его крик захлебнулся землей.

Мы стояли, оцепенев от ужаса, наблюдая, как тело исчезает под дерном. Сначала ноги, потом туловище, потом искаженное ужасом лицо. Еще мгновение — и над поверхностью осталась только рука, судорожно скребущая воздух, а потом исчезла и она.

Земля сомкнулась. Трава выпрямилась. Лес снова погрузился в тишину, нарушаемую лишь пением птиц, которые, казалось, вовсе не заметили, как живой человек стал удобрением для древних корней.

Я почувствовала, как к горлу подкатывает тошнота. Тяжесть в груди стала невыносимой. Это была жестокая, первобытная сила, не знающая пощады. И эта сила защищала меня.