Книга Драконья академия. Капкан на дознавателя, страница 116 – Мелина Боярова

Я дневала и ночевала в питомнике, изучая особенности будущих дракончиков, посылала яркие картинки, как мы ждем их появления на свет, разговаривала, приучая к звуку моего голоса и устанавливая контакт. Антима подтвердила, что способность общаться на ментальном уровне проявляется у дракончиков с рождения. Они впитывают слова и образы родителей, и таким способом познают мир.

Благодаря природному магическому ресурсу, я пропускала через себя огромное количество энергии, постоянно наполняя и опустошая внутренний источник. Он увеличивался в размерах, делал меня сильнее, но я чувствовала, что этого недостаточно.

Сид откликнулся только на четвертые сутки. Разрыв прежних связей и пребывание в артефакте сказались на его умении проявляться в физическом мире. Он не мог воспользоваться магией и влиять ею на окружающих. Ему было сложно прорваться через панический ужас других призраков, успокоить их и уговорить сдерживать аппетиты. Донести мысль, что лишь благодаря мне они еще существовали и не ушли на перерождение.

Я так ждала этого момента! Так обрадовалась возвращению Сида, что мои магические показатели увеличились вдвое. Даже Антима, бдительно отслеживающая малейшие изменения моего состояния, переполошилась. А я всего лишь получила подтверждение тому, что один занудный призрак по-прежнему рядом!

— Дарсия, не понимаю, зачем? Почему не хочешь отложить эксперимент до той поры, пока не окрепнешь? — Узнав о моей затее, Сиднар принялся меня отговаривать.

— Потому, что я так решила.

А что еще ему ответить? Я извелась за эти дни, когда не слышала его голос, не чувствовала нашей связи. Драконица хоть и убеждала, что призраки неотступно следуют за мной, но я хотела сама убедиться в этом. И вот теперь, когда получила доказательства, что Сид выжил, моя решимость только возросла.

Когда эта въедливая ящерица умудрилась забраться мне под кожу? В тот миг, когда без раздумий пожертвовала собой? Или раньше, в момент нашего первого слияния? Я тогда так испугалась, что навсегда останусь в жуткой темноте, куда меня вышибло из собственного тела. А затем появился он, протягивая руку помощи. Весь такой сияющий и... красивый? И как теперь допустить, чтобы он остался в той бездне непроглядного мрака навсегда?

Драконы заняли выжидательную позицию ведь в ритуале подразумевалось мое добровольное участие. Пытались, конечно, уговорить еще подождать, набраться сил. Антима даже артефакт приносила, чтобы упрятать туда призраков. Но я не согласилась. Не хотела потерять Прию, если вдруг что-то пойдет не так. Сиднар говорил, она в порядке, но мне слабо верилось.

Примерно через месяц, я заметила, что будущие дракончики реагируют на мое присутствие.

— Антима, ты чувствуешь это? — радостно уставилась на драконицу.

Она единственная, с кем я общалась помимо малышей. Драконы пробовали подослать ко мне Сундара Гуина, ради этого даже предоставили ему разовый допуск в питомник. Собственно, от него я узнала новости о расследовании и страстях, кипящих в академии. Истинная подоплека событий не разглашалась, конечно. Но вот головы, ответственные за трагедию, полетели. Ректора сняли с должности, преподавателям устроили проверки на профпригодность, усилили меры безопасности, адептов обеспечили охранными амулетами.