Книга Ненужная жена князя Горчакова, страница 131 – Мелина Боярова

Он даже в мысли мои умудрился пробраться! Вместо того, чтобы включить холодную голову и найти приемлемый выход, я думала, как получить чертов развод, и во мне все начинало бурлить с новой силой.

Пока что я не придумала ничего лучше, как ужаться в расходах и нанять еще рабочих, чтобы построить новые цеха. Возможно, получится заложить драгоценности? С условием выкупа, скажем, через полгода?

Значит, нам пора возвращаться в Щепкино. Захар все необходимые инструкции получил, все упиралось в деньги. Заказы у нас, разумеется, были, золото поступало. Но часть его шла на выплату зарплат и текущие расходы. После недавнего пожара мне также требовались средства на восстановление.

Поднявшись, отправилась в ванную и привела себя в порядок. Дмитрий к этому времени тоже поднялся, и я столкнулась с ним в гостиной, где он ночевал на диване. Князь выглядел, как всегда, безупречно: идеально выбрит, причесан, одет в военный мундир. Но, главное — безмятежно спокоен, как будто вчера ничего не произошло.

— Я возвращаюсь в Щепкино, — сообщила ему, не здороваясь. — Велю Прохору немедленно подать карету.

Однако, выглянув за дверь, я не обнаружила слугу на месте. Утром он обычно топтался у порога, смущенно покашливая и ожидая распоряжений. Но сегодня в коридоре царила нехорошая тишина.

— Где он? Ты его видел? — вопросительно посмотрела на мужа.

— Нет, — тот пожал плечами. — Возможно, во дворе?

— Милейший! — обратилась к коридорному, завидев его у лестницы. — Кликни Прохора, моего конюха.

— Так нет его, барыня, — поклонившись, ответил слуга. — Со вчерашнего вечера не видели.

— Как нет? Ты уверен? Он бы никогда не ушел без спроса! — похолодела от пронзившей догадки. — Вчера у входа я столкнулась с Ведищевым, — я развернулась к Дмитрию. — Зачем он приходил? Граф угрожал мне. Говорил о расплате.

— Старик совсем сдал, — Горчаков поморщился, словно от зубной боли. — Он умолял забрать заявление. Просил спасти его Наташеньку, взывал к «старой дружбе». Плакался о том, что монастырь ее убьет.

— А что ты? — замерла в напряжении. — Согласился? Снова вернешь ее в дом, чтобы она завершила начатое в лесу?

— Нет! — сурово отрезал князь. — Наталья отказалась давать клятву, значит — виновна. Улик и показаний твоих слуг более, чем достаточно для приговора. Закон един для всех.

— Как ты можешь? — выдохнула прежде, чем успел обдумать слова. — Вы ведь были вместе. Ты любил ее? Если нет, зачем поселил в одном доме со мной? Зачем позволил ей растоптать мои чувства? Ради чего? Чтобы теперь забыть и избавиться? Если же ты не любил Наталью, зачем понадобилась эта показательная жестокость со мной?

Взгляд Дмитрия потяжелел, сделался неживым и убийственно холодным.

— Ты не поймешь, — выдал он после длительной паузы. В его голосе звучала такая пустота, что мне захотелось ударить его, закричать, чтобы пробить монолитную стену. — Есть вещи, которые выше чувств.

— Тогда нам больше не о чем говорить! — я резко отвернулась, едва не потеряв равновесие. — Ты настоящий монстр, лишенный чувств, холодный кусок мрамора. Если думаешь, что я позволю распоряжаться моей судьбой ради продолжения рода, то глубоко заблуждаешься. Прохор пропал из-за меня! Из-за твоих интриг и этой проклятой грызни. Я немедленно еду к Брумелю! Пусть поднимает жандармов и ищет моего человека по всему городу!