Книга Академия Даркленд, страница 99 – Анна Одувалова

Давид берет мои холодные руки в свои. Его ладони – теплые.

— Но у нас еще есть шанс, – говорит он настойчиво, почти шепотом. Его пальцы сжимают мои. – Сегодня. Сейчас. Пошли со мной. Я все устроил. И завтра с утра, – он делает едва заметную паузу, – нас обвенчают. Как договаривались. До того как твоя мать успеет что-то предпринять.

Мой взгляд непроизвольно скользит к темному силуэту пристани вдалеке, где обычно швартуется паром.

— А паром? – спрашиваю я тихо. – Как ты собрался выбраться с острова?

Давид слегка ухмыляется в темноте. Я скорее чувствую это, чем вижу.

— Я видел. Сюда пришел частный катер. Маленький, быстрый. Привез чьих-то родителей, наверное.

Холодный комок сжимает горло. Я отвожу взгляд.

— Родителей погибшей девушки, – поясняю я, голос становится глухим. – Элис. Ее убили. – Я смотрю прямо на его смутный силуэт. – Ты предлагаешь… украсть чужой водный транспорт? У людей, которые только что потеряли дочь?

Появление Давида здесь, сейчас, в этой ледяной темноте настолько неожиданно, что я теряюсь. Вот он. Мой спаситель. Билет к свободе, стоящий передо мной с теми самыми горящими глазами, которые когда-то заставили мое сердце трепетать.

Я так мечтала связать с ним жизнь. С того самого момента, как оказалась в Даркленде, я только и ждала, когда он – сильный, надежный – придет и заберет меня отсюда. Избавит от контроля матери, которая отправила меня в ссылку в отместку за предательство. Почему же сейчас я стою как вкопанная? Почему медлю? Откуда этот ледяной комок сомнений, сжимающий желудок?

Я до сих пор считаю, что отсюда надо бежать. Особенно после всего, что случилось. Но… Я смотрю на Давида, на знакомые черты, которые должны вызывать прилив тепла и надежды. И… ничего. Сердце больше не отзывается. Ни трепета, ни радости, ни даже облегчения. Брак с ним я рассматриваю лишь как возможность сбежать. Как ключ от замка́. Не более.

— Ну что? – говорит Давид. В его голосе слышится нетерпение, ожидание мгновенного согласия. Рука все еще держит мою, но мне все сильнее хочется вырваться.

Что я и делаю, мягко отнимая свою ладонь.

— Погоди, – притормаживаю его. Мои слова звучат тише, чем нужно. Мне нужна пауза. Слишком уж все неожиданно. – На какое время ты договорился со священником? Конкретно?

— На утро, – отзывается Давид, и в его тоне прорывается почти раздражение. – Рано. На рассвете. Все готово.

Я смотрю на его руки, которые Давид словно не понимает куда деть. В тусклом свете далеких фонарей академии, который пробивается сквозь туман, я вижу, как они дрожат. Легко, почти незаметно. Но дрожат. Да и вообще, Давид слишком нервный. Словно ситуация дается ему тяжелее, чем мне. Боится матери? Наша свадьба всего лишь позволит мне сбежать из Даркленда. Мать продолжит искать нас в любом случае.

Я смотрю на Давида. С момента нашего знакомства он сильно осунулся, стал словно ниже ростом и худее. В давящей темноте на берегу моря, на этом богом забытом острове, окутанном туманом и смертью, я больше не вижу того блистательного молодого мужчину, который уверенностью и положением очаровал мою мать. А потом, своими обещаниями и вниманием, – и меня. Передо мной стоит уставший, нервный человек, который слишком на меня давит.

— Тогда… – начинаю я, глотая комок в горле. – Тогда давай встретимся утром? Прямо у причала, перед самым рассветом?