Книга Академия Даркленд, страница 113 – Анна Одувалова

Пальцы Джаспера исследуют линию моего позвоночника, ребра и останавливаются у основания лопаток, прижимая меня крепче к его телу. Между нами нет больше места для воздуха и сомнений. Только жар, нарастающий с каждым движением его ладоней. И с каждым новым поцелуем, который он оставляет на моей шее, в ложбинке ключицы.

Джаспер отрывается на мгновение. Его дыхание – горячий, прерывистый ветер на моей коже. В полумраке его глаза пылают темным огнем. Парень изучает мое лицо. Я вижу в них вопрос, последнюю преграду, которую он готов сломать, но ждет моего молчаливого согласия. Моя рука сама находит его щеку, шероховатую от пробивающейся щетины. Легкое прикосновение, палец, скользящий по линии скулы, – это мой ответ.

Джаспер издает тихий стон, низкий, похожий на рычание, и его губы снова находят мои. На этот раз поцелуй глубже, медленнее, но от этого еще более пронзительный. В нем нет прежней яростной жадности, но есть что-то иное, сосредоточенное и почти благоговейное.

Он осторожно стягивает мешающую ткань с моего плеча, обнажая кожу. Холодный воздух комнаты на миг касается меня, но тут же сменяется жаром губ, прильнувших к нежному месту у ключицы. Я вскидываю голову, цепляясь пальцами за его волосы, ощущая шелковистость прядей. Каждое прикосновение его рта – электрический разряд, бегущий по нервам, собирающийся в тугой сладкий узел внизу живота.

Движения становятся более уверенными, но не менее бережными. Ладонь скользит по моему боку, огибает ребра, останавливается на талии. Большой палец нежно проводит по чувствительной коже под грудью, вызывая волну мурашек и вырывая из моих губ тихий стон.

Джаспер слышит его и отвечает собственным глухим звуком одобрения.

Его губы продолжают путь вниз, оставляя влажный след на груди, там, где бешено стучит сердце. Халат, который почти не держится на плечах и давно распахнут, – последний барьер между нами. Пальцы Джаспера находят край, задерживаются. Он снова смотрит на меня, и в этом взгляде – обещание и последняя проверка. Я киваю, едва заметно, не в силах вымолвить ни слова. Захлебываясь от волн накатывающего желания и странной щемящей нежности к этому резкому, сложному парню.

Он неторопливо, словно в замедленной съемке, отодвигает ткань. Воздух касается обнаженной кожи, и все мое тело натягивается, словно струна.

Горячий и тяжелый взгляд скользит по моему телу. В глазах парня читается немой восторг, смешанный с темной, первобытной жаждой. Джаспер замирает на миг, а потом его голова склоняется, и губы, невероятно горячие и мягкие, прикасаются к самой нежной, самой чувствительной точке моей груди.

Я вскрикиваю, не в силах сдержаться и вцепляясь в его волосы. Мир сужается до этого ощущения – невыносимо острого, сладкого, уносящего все мысли, весь страх. Оставляющего только белое пламя наслаждения и его имя, звучащее в моей голове, как заклинание.

Джаспер. Только Джаспер.

И эта темная комната, и треск умирающих углей, и его руки, держащие меня, – как якорь в бушующем море чувств.

Джаспер замирает. Дыхание у него тяжелое и прерывистое, будто он бежал кросс. Его глаза – две темные бездны, и в них я вижу все: знакомый страх, дрожащую надежду, и еще что-то, глубокое и незнакомое, для чего пока не находится слов. Парень смотрит на меня так пристально, будто пытается проникнуть под кожу, прочитать каждую спрятанную мысль, каждое тайное чувство, что клокочет у меня внутри. Его взгляд тяжелый и ощущается почти физически.