Книга Не водись с фэйри. Оковы любви, страница 82 – Елена Кара

Он смотрел на меня так долго, что я начала считать удары своего сердца.

Потом он медленно, с трудом, наклонился и поднял ошейник дрожащими пальцами.

— А ты сильнее, чем я думал, — прохрипел он. — Намного сильнее, чем я представлял.

Он медленно поднес ошейник к своей шее и он зашипел, как кот, стиснув челюсти.

У меня получилось! Я облегчённо выдохнула и опустила лук, потом быстро подскочила к нему и затянула рябиновые завязки.

В углу проёма, где когда-то было окно, торчала старая металлическая решётка. Она была ржавой, но выглядела крепкой. Я подошла к ней, обернула конец верёвки вокруг металлического прута и завязала двойной узел. Дёрнула несколько раз, проверяя. Решётка не шаталась.

Верёвка скользнула по руке Дориана, он глухо охнул и дёрнулся.

Там, где рябина коснулась его кожи, остался красный след.

Я замерла на мгновение, сглотнула, но заставила себя продолжать:

— Я вытащу стрелу, если ты будешь сидеть смирно.

Дориан молчал, внимательно наблюдая за мной.

Я присела, взялась за древко стрелы и выдернула её одним резким движением.

Дориан закричал. Кровь хлынула из раны, заливая камни, пропитывая его штаны. Он попытался удержать равновесие, но тело не слушалось. Глаза закатились, и он завалился на бок, ударившись головой о землю.

— Чёрт, — выдохнула я, роняя стрелу.

Я кинулась к рюкзаку, быстро вытащила из него разорванную футболку, часть которой пошла на ошейник, прижала её к ране. Ткань мгновенно пропиталась кровью. Дориан не двигался, дыхание было поверхностным, лицо бледным, как бумага.

Я сжала рану сильнее, чувствуя, как горячая кровь сочится сквозь пальцы и стараясь остановить кровотечение.

— Дориан, — позвала я, и голос сорвался. — Дориан, ты слышишь меня?

Он не ответил, но мало-помалу он начал приходить в себя.

Веки дрогнули, дыхание стало глубже, глаза открылись, но были мутными, а взгляд расфокусированный. Я продолжала давить на рану, чувствуя, как кровь потихоньку останавливается.

— Дориан, — позвала я, наклоняясь ближе.

Он моргнул. Пытаясь сфокусировать взгляд на моём лице.

Попытался пошевелиться и тут же зашипел, видимо, боль в ноге напомнила о себе, а может так действовал рябиновый ошейник.

— Не двигайся, — сказала я. — Я перевяжу рану.

Он посмотрел на мои руки, на ткань, пропитанную кровью, и прикрыл глаза.

— Ты чуть не убила меня, — сказал он хрипло.

— Есть немного, — отозвалась я, стягивая лоскут ткани на его бедре. — Но я вытащила стрелу, и надеюсь, что ты останешься жив.

Кровь мало помалу остановилась, Дориан задышал ровнее, но его лицо всё ещё было бледным. Ошейник из рябины плотно сидел на его шее, верёвка была надёжно привязана к металлической решётке в оконном проёме.

Со стороны главного входа раздались лёгкие шаги.

Я резко вскинула голову и выхватила из ножен клинок, но опустила руку, увидев, как из тени выступают дриады. Они входили в зал одна за другой, бесшумно ступая по каменным плитам. Лица были спокойными, а глаза горели зелёным огнём.

Они подошли ближе и остановились полукругом, глядя на нас.

— Изгнанник в цепях, — произнесла старшая дриада, и её голос эхом разнёсся под сводами. — Как же это прекрасно.

Они рассмеялись, и их смех был похож на звон хрустальных колокольчиков.

— Почему ты сидишь на поводке, как шелудивый пёс? Разве это подобает бессмертным фэйри?