Книга Любовь, космос и цена свободы, страница 86 – Катерина Дэй

Её глаза тут же отправились в восторженное путешествие: с затылка, обласкав густые синие волосы, взгляд скользнул по мускулистой спине, по тому, как ткань куртки натянулась, когда он поднял руку, чтобы сделать очередной глоток эля.

«Ну конечно, — мысленно фыркнула Линна. — Ему даже стоять красиво — это, видимо, врождённый талант. Или проклятие. Точно проклятие, иначе как объяснить, что от одного его вида у меня сердце делает кувырок и тут же спотыкается о собственные рёбра?»

Его окружала аура такой силы и достоинства, что вызывала не только трепет, но и лёгкое раздражение, будто он один знал какой-то важный секрет, а всем остальным оставалось только гадать.

Видя его в этом новом свете, на расстоянии, Линна была поражена тем, каким таинственным и непостижимым он мог быть, какой многогранной была его сущность. В каждой из множества сторон его натуры проглядывала одна и та же черта — твёрдое, непреклонное ядро силы и власти. Она видела его бесстрашным, язвительным, взволнованным и спокойным. Но никогда таким, как сейчас… опасно задумчивым.

Линна сделала такой глубокий выдох, что сама удивилась, как могла вмещать в себе столько воздуха, и, опустив голову, принялась пробираться сквозь толпу, ловко лавируя между локтями и кружками, пока не встала у стойки так, чтобы Алор её не заметил. Зато она прекрасно слышала, о чём он говорил с двумя мужиками.

— Что слышно? — спокойно спросил он, отпивая из кружки. — Кто мимо ходил, кто заглядывал, кто чего болтал?

И пока деревенские рассказывали про проезжих купцов, про слухи о волнениях на восточных границах, про то, что в соседнем селе пересох колодец, Линна, как и сам Алор, слушала их, мотая на ус новости. В голове у неё складывалась странная картина: её телохранитель не просто зашёл выпить медовухи, он собирал сведения, оценивал обстановку, держал руку на пульсе жизни деревни, как привык держать её на пульсе угроз, нависающих над дворцом. И от этого понимания сердце сжималось уже не от азарта, а от чего-то куда более глубокого — от внезапного осознания, насколько тяжело ему нести этот груз каждый день.

А затем принцесса встрепенулась, когда услышала женский голос, обращённый к её телохранителю. Она сделала шажок ближе и навострила ушки так старательно, что будь у неё настоящие звериные уши, они бы сейчас встали торчком. И эта болтовня ей решительно не нравилась.

— Для тебя, красавчик, у меня найдётся всё, что тебе будет нужно, — промурлыкала женщина, наклоняясь над стойкой так, что даже тени в углу таверны, кажется, смущённо потупились и сделали вид, что разглядывают узор на половицах.

«Красавчик», — сгримасничала Линна, едва не фыркнув вслух. Она шумно выдохнула, заметив, как Алор изучающее оглядел хозяйку трактира и многозначительно подмигнул ей так легко, будто подмигивание было у него в списке ежедневных дел: «нырнуть в воду, наведаться в деревню, подмигнуть трактирщице и проверить её "периметры"».

— Хочешь выпить ещё, красавчик? — женщина снова наклонилась вперёд, почти выпадая из своей блузки, будто пыталась доказать, что гостеприимство в этих краях измеряется не в кружках эля, а в сантиметрах декольте.

Алор сделал заинтересованный вид или, что вероятнее, просто решил подыграть, чтобы не обидеть хозяйку и не спровоцировать скандал посреди праздника.