Книга Пари на императора драконов, страница 80 – Мария Лунёва

При этом я испытывала такое предательское унижение. Ещё не хватало сдавать свои позиции. Поэтому, собрав все свои восторженные чувства в кулак, придушила их на корню и высокомерно задрала нос.

Бабочки резко передохли!

— В такие моменты я теряю покой, Юниль. Ты хотя бы отдаёшь себе отчёт в том, насколько желанна в своей горделивой неприступности? — его глаза полыхнули тьмой.

— Ты что-то недоговорил, — напомнила ледяным тоном.

— Да, — он усмехнулся, — вот только не реагируют так бурно на тех, кто безразличен. Не реагируют, Юниль! Моя прекрасная леди.

— Не твоя, — фыркнула и повернулась к окну.

Карета ехала к центральному крыльцу.

— Моя, Юниль, только моя. Ты всегда была моей.

Продолжать разговор я не стала, и так уже наговорили друг другу чего нужно было и чего нет. Чего попусту языком чесать.

— И, Юниль, насчёт игры в ненависть... нет. Твой дядя Дьярви как-то сказал мне одну очень интересную вещь о ведьмах. Тогда я не придал этому значения, а теперь готов послать в его земли гонца с презентом.

Я замерла. Да, дядя Дьярви действительно был женат на ведьме. Причём он до сих пор не сознался, была ли она его истинной изначально или она заразила его своей любовью. Брак их крепок, дети подрастают... Но что он мог сказать Льюису?

— Ты блефуешь, чтобы заинтриговать меня, — я прищурилась, пытаясь подловить его на очередной лжи.

— Нет, моя прекрасная ведьмочка, нет. Ваша магия скрывает много чего интересного. Но об этом я расскажу тебе потом... скажем, в нашу первую брачную ночь.

— Помечтай, — я не сдержала злости. — Ты всегда такой напыщенный петух?

— А что, пугаю? — он захохотал. — Помнится, петуха ты боялась так, что верещать начинала, стоило тому за ограду курятника выйти.

Я заскрипела зубами.

— Льюис, ты хоть понимаешь, что для меня теперь просто дело чести не сдаться тебе? — мой голос походил на шипение.

— Зато я равнодушия в твоих глазах не увижу, ведьма. Вот что убивает душу.

Карета подъехала к крыльцу и остановилась. Мы продолжали сидеть. Снаружи засуетилась стража. Кто-то подошёл к двери и дёрнул.

В проёме показался генерал Ярвен. Он окинул нас внимательным взглядом и нахмурил брови.

— Все... прибыли.

В его тоне было что-то такое снисходительное, что я губы поджала.

— Вот не начинай хоть ты, — неожиданно зашипел на него император.

— Начинать? Я? — генерал аж в грудь себя стукнул кулаком. — Нет, мне хватает кого воспитывать. Но письмецо в Рэдкаим я зашлю. Пусть там наставник напрягается. У него рука тяжелее моей будет, и церемонии разводить он не обучен.

— Ярвен, — Льюис подался вперёд. — Не стоит...

Генерал сложил руки на груди. Он мне сейчас так отца напоминал.

Не выдержав, я вдруг рассмеялась. То ли нервы сдали, а то ли... Да кто меня разберёт.

— Ладно, — Льюис взглянул на меня и откинулся на спинку. — Ябедничай, чего уж.

— И наябедничаю, — генерал кивнул. — Прибыли... правитель. Извольте вылезать, у вас сегодня ещё две встречи важные и переговоры с торговыми гильдиями.

Льюис таким взглядом одарил его. Было видно, что он не привык к такому тону, но и ставить на место своего генерала не спешил. Это о многом говорило.

Эти мужчины ценили друг друга.

— Давай я тебе помогу, Юниль, — генерал протянул мне руку. — Сразу говорил, что уезжать — идея плохая. Нельзя бежать от проблем. Решать их нужно, как бы тяжело ни было. — Он обхватил меня за талию и спустил на землю, а после на ушко шепнул: — О пари никому ничего не сказал. Но ничего так не раздражает мужчину, как недоступная желанная женщина.