Книга Пари на императора драконов, страница 188 – Мария Лунёва

Остановив взгляд на Юниль, он принялся медленно спускаться по лестнице.

— Ты ведь знал, что Вегарт ведёт за моей спиной свою игру, так ведь?

Внутри меня снова вскипела ярость.

Провидец поднял свою дощечку:

— «Все играют в игры, правитель. Все!» — прочитал я вслух. — Вот мне и интересно, за кого играешь ты, брат мой названный?

Он тихо засмеялся и указал на Юниль.

— За неё, — сообразил я, — и против кого?

Он обвёл пространство рукой.

— Против всех, — выдохнул я.

Он поднял указательный палец и кивнул.

— Тогда скажи, чего ты хочешь? Что заставит тебя сыграть за меня? — мой голос звенел от ярости.

— Уэ иау, — с трудом произнёс он в ответ.

— Уже играешь. И между тем ты не предупредил меня о заговоре за спиной. Ты не мог не знать.

Я дёрнулся, потому что в этот момент Комир подошёл вплотную и, обхватив меня за шею, прижался своим лбом к моему. Поймав мой взгляд, он опустил его на дремлющую, зажатую между нами Юниль.

Его рука осторожно коснулась её волос.

— Я не могу её потерять, брат, — пробормотал я, — не могу. Ты ведь знаешь, в какого монстра я превращусь без неё. Только ты и знаешь, что я такое... Не дай мне выпустить то, что скрывается в моей душе.

Он тихо засмеялся, убрал руку и, отойдя на шаг, поднял свою дощечку. Что-то спешно написал и показал мне.

— «Выпустишь, брат! Нельзя скрываться за масками. Явишь ему своё лицо. Он давно этого ждёт. И с этого момента я стану твоим палачом», — я прочитал и содрогнулся. — Ты ещё так юн, Комир. Зачем тебе вся эта грязь?

Он опасно прищурился. Снова написал и показал мне.

— «Так надо, брат. Монстры всегда держатся вместе», — прочитав, я приподнял бровь. — И всё твоё объяснение? Хотя... Лучше молчи. Утром подготовлю приказ о твоём назначении. Ярвен будет в ужасе.

Комир покачал головой и кивнул наверх.

— Всё, что меня волнует, Комир, — моя истинная. И если для того, чтобы её получить, мне нужно сделать мальчишку палачом... пусть так и будет. Показать своё истинное лицо — да, я готов и на это. Но всё же... Ты мне не чужой, Комир. Только тебя и Руни я называю братом. Я прошу — не предавай. Не прощу, и ты это знаешь.

Он улыбнулся и быстро вывел на доске одно единственное слово: «Семья».

А после снова указал наверх.

Я поднимался в своё крыло, неся на руках свою ведьму, и всё думал. Взгляд то и дело цеплялся за пустые стены, на которых виднелись тёмные пятна — места, где висели картины.

Я вдруг поймал себя на мысли, что родовой замок так и не стал мне домом.

Поэтому меня никогда не трогало его внутреннее убранство. Было всё равно, как оформлены гостиные и залы, что висит в галереях.

Потому что это не мой дом.

Он никогда им и не был.

Усмехнулся и оскалился.

Впервые я позавидовал Руни, который с любовью отстроил своё поместье. Там каждый камень в кладке был пропитан уютом. Его бабушка могла готовить, кухня была сделана специально для неё. Там же будет сидеть и его истинная, поджав ноги, и уплетать вкусные домашние булочки. И никто из его родных даже случайно не забредёт в ту часть дома, что отдана под официальные встречи с послами и дипломатами.

Они не будут сталкиваться в коридорах с многочисленными гостями правителя, с роднёй его советников.

И я остановился, осмотрелся...

Чужие холодные стены. Мёртвый замок, в котором я занимал всего шесть комнат... Здесь мне было отведено скромное место. Всё было наоборот.