Книга Пари на императора драконов, страница 128 – Мария Лунёва

Мы скакали, а замок всё оставался в стороне, словно император на своём коне его старательно объезжал.

— Ты не сбился? — зачем-то уточнила.

— Нет, — послышался сухой, однозначный ответ. — Я испугался, Юниль. Ты хоть представляешь, что значишь для меня? Ты моя жизнь, без тебя... А нет меня без тебя...

Я подняла голову и взглянула на него. Челюсть стиснута, желваки на скулах играют, а глаза — сплошная тьма, мягкая и такая родная.

В груди заныло. Я прислушалась к этим ощущениям: страх, волнение и наслаждение...

Улыбнулась.

— Смешно ей, — пробормотал он. — У меня вся жизнь перед глазами пронеслась, пока ты падала, а она веселится!

— Мне заплакать? — поинтересовалась как бы невзначай.

— Чтобы окончательно меня добить? — он шумно выдохнул.

— Льюис, хватит. Я не люблю, когда надо мной трясутся, как над хрустальной вазой. Ладно, если бы и правда пострадала, но я даже испугаться не успела.

— Зато я успел, — проворчал он.

Вот и весь ответ.

Меня только в объятьях сильнее стиснули.

Я притихла.

Тепло. В руках Льюиса оказалось неожиданно уютно, спокойно и надёжно... Если бы ещё пониже спины всё не ныло.

Сделав глубокий вдох, окончательно сдалась, пристроила голову на его плечо и просто любовалась видами.

Но мысли постоянно возвращались к случившемуся.

Это ли падение видел Комир? Если да, то мне непонятна была его тревога... Я вспомнила рисунок...

Нет, девушка лежала в седле, и она явно была без сознания. Её очертания казались неточными: длинные распущенные волосы, и более никаких чётких деталей.

Кого же видел наш провидец?

— Ты притихла, — шепнул Льюис. — Поговори со мной, Юниль.

Его ладонь скользнула по моему плечу, лаская. Уткнувшись носом в мои волосы, он выдохнул.

— О чём? — мне стало стыдно отказывать.

— Хочу знать, какая ты. Увлечения, привычки... Той маленькой девочки, которую я обожал, больше нет. Она исчезла. Но теперь в моих руках молодая женщина, и простое невинное обожание переросло в страсть. И я хочу знать, кто та, кого я назвал истинной.

Хм... Его слова тронули душу. Дерзость сейчас казалась неуместной.

— Не думаю, что удивлю тебя, Льюис. Но я люблю повелевать, — растянула губы в улыбке. — А ещё наводить порядок там, где он нужен: собирать обозы с провизией и лекарственными сборами в деревни вовремя, а не когда хворь в избах разгуляется; следить, чтобы во всех поселениях детей учили читать, считать и писать, и не только своё имя. Для этого я направляю женщин в деревни на несколько месяцев каждый год. Старосты обязаны выделять помещения, где и ведутся уроки. Обычно это зима. Мне важно, чтобы мои люди не оставались невеждами. Я давно привыкла читать отчёты арендаторов вслед за отцом и подмечать мелкие нестыковки. Если я что-то начинаю подозревать, то собираю отряд и скачу в нужную деревню, и спасите подлеца боги, если я не обнаружу, как описано в отчете, тронутые засухой или дождями поля или если трава останется на полях нескошенной и не собранной в стога. Да, Льюис, я люблю повелевать, но не власти ради, а чтобы был порядок. И делаю я это уже достаточно давно. К тому же приучаю и сестёр. Если можно считать это за хобби, то считай, оно и есть.

Льюис внимательно слушал меня, не перебивая. Его ладонь скользила по моей руке, поглаживая и успокаивая. Эти прикосновения волновали и смущали.