Книга Без права на побег, страница 34 – Елена Леонтович

Лита откосить от учёбы не собиралась. Практика — дело нужное. Особенно зельеварение. К отварам и настоям у неё с детства была склонность — бабушка учила с любовью и строгостью. Делать отвары Лилька умела и, что важнее, любила. А там и зелья освоит. Так и пошло дело. С первым курсом Лилька разобралась за неделю. Читала она быстро, а память, натренированная системой высшего образования, работала чётко и без сбоев. Дополнительно миссис Фэнвич выдала ей книгу по бытовым чарам — тем, что в Хогвартсе обычно проходили только на факультативе. В памяти мисс Эванс такого предмета Лита не обнаружила, но освоила материал с удовольствием. Заклинания легко ложились на язык и движения, а моторика у прежней хозяйки тела, надо признать, была хорошо наработана: заклинания срабатывали быстро, почти автоматически. Зельеварение ей тоже пришлось по вкусу. Несмотря на дифирамбы, которые пели Лили Эванс в фильмах, в её памяти ничего особенного не отложилось. Лита предпочитала опираться на свои собственные знания и чутьё. Когда начала варить, дело пошло. Травы, точность, терпение — всё это ей было знакомо с детства, бабушка обучала её основам народной медицины строго, но толково.

Второй курс она проглотила за ту же неделю. Объём знаний, по её мнению, был смешным — особенно по сравнению с медицинскими дисциплинами. А вот третий курс наконец зацепил. Там появились первые учебники по основам рунной магии и арифмантики. Прорицания и уход за магическими тварями она отмела сразу — ерунда. Лечение животных она бы ещё поняла, но просто «уход»? Не её. Зато руны и арифмантика — это было серьёзно. И, что приятно, прежняя Эванс учила их тоже, так что база уже была.

Математику Лита знала отлично: мама была учителем по этому предмету и с детства внушала, что точность важнее красоты. Поэтому необычное, почти сакральное применение математики в магическом мире она приняла с восторгом. В учебник по высшей арифмантике Лита заглянула из чистого любопытства — и не удержалась: рассмеялась вслух. Высшая математика рулит. А теория вероятности — творит чудеса. Неделя с хвостиком на третий курс — это было совсем немного. Она уже изучала материалы четвёртого, когда Милдред принесла газету.

«Джеймс Флимонт Поттер и Марлин МакКинон объявляют о своей свадьбе 31 октября 1979 года. Невеста из небогатой, но чистокровной и уважаемой семьи. А жених — один из самых завидных холостяков магической Британии».

Лита выдохнула. Напряжение, незаметно висевшее над ней всё это время, спало. Мысль о грядущей свадьбе давила больше, чем она сама себе признавалась. Очень хотелось проклясть придурка посложнее, чем просто стандартным болевым, но тогда, на Ноктюрн-аллее, она едва говорила по-английски — строила фразы, как магистр Йода, и вечно ошибалась в падежах и согласованиях. Кто всерьёз воспримет ведьму, которая не знает даже простейших чар, знакомых любому местному подростку? Вот и приходилось учиться старательно, не жалея времени. И тут Лита с удивлением заметила, что на четвёртом курсе чары вдруг начали делиться — на мужские и женские. До этого момента был просто общий предмет «Чары». На её вопрос Милдред лишь чуть заметно пожала плечами и, сдержанно сложив руки на коленях, проговорила:

— Разумеется, дитя моё, колдовство у женщин и мужчин — вещь разная, суть разнородная. Это — знание старое, испытанное. Ведьма, что чрезмерно усердствует в боевой магии, нередко платит за силу дорогой ценой — бесплодием. Про Беллатрикс Лестрейндж только ленивый не шепчет: мол, заплатила она за свои проклятия и дуэльные заклятия утратой чрева. Милдред цокнула языком, качнула головой.