Книга Без права на побег, страница 108 – Елена Леонтович

Северус вёл её дальше по Пикадилли. Он говорил немного, но не забывал комментировать — то об архитектуре, то о кафе с нелепыми витринами, то о прохожих. Его суховатые, язвительные замечания, казалось, подчёркивали каждый изгиб улицы, каждую деталь. Лита шагала рядом и с удивлением поняла, что устаёт не только физически — сам ритм города выматывал, слишком непривычный и давящий.

И вдруг перед ней выросли массивные кованые ворота: вход в Гайд-парк. Тень от раскидистых деревьев упала на дорожку, и, едва ступив на гравийную аллею, девушка ощутила долгожданное облегчение — словно шум мегаполиса остался за воротами.

Они шли по тенистой аллее, и вскоре Северус выбрал свободную скамью. Сев, он незаметным движением палочки наложил чары приватности — и у Литы возникло странное ощущение: мир будто отодвинулся, оставив их наедине.

— Сложный день? — спросил он, внимательно заглянув ей в глаза.

— Не то слово… — Лита устало улыбнулась и, собравшись, начала рассказывать. О Барти и его матери, о том, как она снимала плетения и какие выводы сделала вместе с наставником.

Когда она закончила, на губах остался лишь один вопрос, самый тяжёлый:

— А что, если мне предъявят обвинение в убийстве мага? — она замялась, чувствуя, как внутри холодеет. — Насколько я поняла, артефакты такого рода редки дороги. Значит, случайные люди ими не владеют, и кто-то очень влиятельный получит откат.

Северус кивнул — коротко и серьёзно.

— Верно. И получит именно бенефициар, тот кто тянул к себе украденную силу и жизнь. И, будь уверена, Эван Розье и миссис Крауч не были его единственными жертвами. Так что тебе жалеть не о чем: ты спасла двоих.

Он на мгновение задумался, а потом добавил, понизив голос:

— Но твой наставник прав. Дар малефика в Британии почти под запретом. Когда-то им владели Блэки, но вырождение уничтожило у них этот дар. И не дай боги, кто-то узнает, что ты малефик. Последствия будут… неприятными. В лучшем случае — сломают жизнь, в худшем — закуют в цепи и бросят в Азкабан. Поэтому запомни: лечить только под клятву. Без исключений.

— Меня ещё кое-что беспокоит, — Лита помолчала и, наконец, решилась, — ходят слухи, что на тебя положили глаз какие-то старики. Будто хотят то ли на цепь посадить, то ли контракт кабальный навязать.

Северус вдруг улыбнулся — и эта улыбка показалась светлой, почти счастливой:

— Ты, правда, обо мне беспокоишься?

Лита закатила глаза, скрывая смущение.

— Север, это серьёзно. Я спрашиваю прямо: ты хотя бы знаешь их имена?

— Конечно, — он фыркнул, будто это было очевидно. — Во-первых, Слагхорн. Во-вторых, Дамблдор. Дальше — всякая мелкая сошка, вроде Гектора Дагворта-Грейнджера, этот так вообще нюх потерял. Ну и, разумеется, дядюшка Джулиус Принс, чтоб его демоны имели. Но, — он пожал плечами, — им ничего не светит.

— Ты в этом уверен?

— Абсолютно, — голос его вдруг стал сухим и непривычно резким. — Я уже под покровительством лорда Абраксаса Малфоя.

Слова прозвучали так, что у Литы неприятно кольнуло сердце. В них слышалась не гордость и неблагодарность, а скорее… отвращение, будто это покровительство было не выбором, а оковами.

Она нахмурилась и решилась спросить:

— И как же тебя туда занесло?

Северус усмехнулся — коротко, почти горько.

— Долгая история. Но если хочешь, расскажу.