Книга Судьба, начертанная кровью, страница 133 – Даниэль Л. Дженсен

В словах Бодиль был смысл, и все же я вспомнила всплеск чувств, охвативших меня, когда Враги заявил, что вознамерился сделать. Да, желание защитить. Да, страх. Но сильнее всего была… ярость. И она уж точно исходила не от Хлин.

Бодиль полезла в мой карман за баночкой:

— Мажь.

Я покатала ее в ладонях:

— Хорошо. Но я хочу немного побыть одной, если не возражаешь.

Бодиль помедлила, изучая меня взглядом. Но, должно быть, все же услышала в моих словах правду, поскольку затем встала и, удаляясь, бросила через плечо:

— Не уходи далеко, Фрея. Многие жаждут твоей смерти.

Я со вздохом открыла баночку и втерла немного мази в шрамы. Облегчение наступило почти мгновенно. Закончив, я откинулась на мокрый песок, подставила лицо моросящему небу и закрыла глаза. Если б только был способ привести мысли в порядок. Заткнуть все беды, что борются за мое внимание. Перестать постоянно думать.

Мне нужна была передышка не от мира, а от себя самой. Вот только, если кто-нибудь не врежет мне по голове, конечно, шансов на это совсем мало.

— Вдох, – пробормотала я, пытаясь выполнить упражнение, которому научила меня Бодиль сегодня. – Выдох.

В поисках успокоения я дышала, отгоняя каждую мысль, и сердце наконец замедлило бег.

Дыши.

В голове воцарилась тишина. Правда, она была недолгой. Я услышала потрескивание.

А с ним – вонь горелой плоти.

Я резко села и, оглядываясь, мгновенно нашла их источник.

Вдоль кромки воды, оставляя шлейф из пепла и угольков, брел дух.

Я застыла, глядя, как призрачная фигура в капюшоне идет вдоль берега. И никто из трудившихся там людей ее не замечал.

Ведь и в прошлый раз, когда дух явился, его никто не видел, кроме меня.

Теперь я не стала тратить время и гадать, почему так. Разум тут же ухватился за мысль, что это… это нечто может дать ответы на бесконечные вопросы о моем будущем. И сейчас мне представился, вероятно, единственный шанс их задать.

Подхватив меч, я вложила его в ножны и пошла по берегу за облаком искр и дыма. Бежать не стала, чтобы не привлечь лишнего внимания, не вызвать панику. Чтобы никто не попытался меня остановить.

Или, что хуже, чтобы дух не исчез, поскольку явно желал показаться мне одной.

Я быстро шла, улыбаясь и кивая всем встречным, стараясь никого не насторожить. Поступь духа казалась очень медленной, но я никак не могла его нагнать. Дым щекотал ноздри, вонь горелых волос и плоти вызывала тошноту. Я чувствовала привкус пепла, ощущала крошечные уколы-ожоги от углей, которые уносил от духа потусторонний ветер.

И этот ветер, пусть существо и горело, был ледяным, словно в разгар зимы. Из-за подобной несовместимости я вдруг осознала, что нечто, идущее впереди, соединяет два мира. По коже пробежали мурашки.

Оно добралось до конца берега и свернуло к деревьям. Кольнула тревога: я не должна бродить в одиночестве. Однако я не смела упустить духа из виду, чтобы позвать кого-то с собой. Поэтому, стиснув зубы, я отважилась ступить в лес.

Кроме шипения и треска пламени, пожирающего дух, не было слышно ни звука, словно все обитатели леса видели то, что скрыто от людей на берегу. Правда, я не знала, умолкли они из почтения или страха.

Сердце бешено колотилось о ребра, ладони вспотели, но я заставила себя перейти на трусцу. Потом на бег. И все же, как быстро я ни неслась, не обращая на хлеставшие по лицу ветки и корни, грозившие подвернуться под ногу, я не могла его догнать.