Книга Хранители Тории: Город запретных желаний, страница 42 – Дарья Верескова

— Вы правы. Но думаете, я не вижу, как вы выглядите? Я всегда отличу, когда сотрудники полностью включены в процесс, а когда просто выживают на десятке чашек кофе и редбулле, — продолжал донимать меня дотошный немец.

— У вас есть претензии к моей работе? Я приму их во внимание и стану работать тщательнее там, где вы этого потребуете.

Никогда нельзя портить отношения с начальством, даже если оно не право. Придираться в Японии к уставшему виду — неслыханно.

— Нет, наоборот, меня попросили перевести вас в отдел реального времени, где уже работают двое из тех, с кем вы изначально проходили собеседование.

— Отдел реального времени? — нахмурилась я.

Я считала, что в департаменте только две лаборатории, но, оказывается, существовал ещё какой-то отдел реального времени, о котором здесь почти никто не упоминал.

— Да. Для вас подготовлена транспортировка к воротам Тории, отправление через час.

Я хотела спросить, что это означает, но мистер Бар быстро ушёл. Кихиро ещё неделю назад обмолвился о воротах Тории — о том, что биоматериал приносят именно оттуда и делает это Джин Робертсон, но тогда мне это показалось просто ошибкой или несмешной шуткой.

Пока я ожидала транспорт, в кармане зажужжал телефон. Пришло новое сообщение в социальных сетях. У нас с отправителем был общий друг — Оскар, конечно же, Оскар.

Её имя было мне знакомо.

Кокоро Фунаэ, светловолосая японка двадцати семи лет — улыбчивая, яркая, со стильной стрижкой и тщательно продуманным гардеробом. Районом проживания значился Синдзюку, где я и сама очень хотела бы жить — пусть это была бы жизнь не в полноценной квартире, а в крохотной каморке. Зато вокруг — целая жизнь.

Открыть сообщение.

«Я знаю, что ты видела мой профиль в профессиональной сети, заходила несколько раз. Не знаю, зачем ты это делаешь, но я в курсе, что когда Оскар решил уйти от тебя, ты предложила ему свободные отношения, чтобы спасти их. Это очень-очень унизительно. Для него это очень удобно, и он давно начал бы со мной полноценные отношения, только посмотри на все его подарки!»

Дальше девушка начала присылать мне многочисленные фотографии. Дорогие букеты — ни одного из супермаркета, конфеты ручной работы, редкие коллекционные вещи с её именем. Даже огромный медведь, сжимающий в лапах сердечко.

А как же правило «не влюбляться в любовников»? Столько внимания…

«Мы постоянно переписываемся, смотри. Как женщина женщине — не унижайся, у ваших отношений нет будущего. Он никогда не вспоминает о тебе, ты для него просто запасной аэродром на случай, если я потеряю интерес».

Там же были и скриншоты переписок. «Доброе утро», «замечательного дня», «я хочу пригласить на кофе самую прекрасную девушку в этом мире» — всё то, к чему я так привыкла, перешло к другой.

— Я не знаю, чего ты добиваешься, но это он предложил открытые отношения, чтобы, видимо, спокойно изменять мне с тобой и не испытывать на эту тему мук совести, — ответила я, чувствуя острую боль от этих сообщений, от проявления нежности, внимания.

Но вместе с болью была и ярость. Он наплёл этой девушке, что я, отчаянно пытаясь сохранить наши отношения, предложила ему их открыть, когда он собирался уйти.

Я бы никогда не приняла измену, обман, предательство. И никогда не пришла бы сама к мысли об открытых отношениях.