Книга Хранители Тории: Город запретных желаний, страница 101 – Дарья Верескова

Такая квартира в Сибуе будет стоить, наверное, полтора миллиона иен в месяц. Мне не нужно настолько много места, но я бы очень, очень хотела отдельную кухню-гостиную, спальню и свет, который оставался главной проблемой во всём, что я пока видела онлайн. Тёмно и неуютно, прямо как у мамы дома.

Может, я слишком избалована? Начну ходить по квартирам завтра, когда вернусь с работы!

— Оскар рассказал нам, что ты работаешь с самим Джином Робертсоном, это правда? — поинтересовался Гильем за завтраком, пока Оскар помогал маме за компьютером.

— Да, — подтвердила я, сразу же начиная ощущать дурное предчувствие.

— Если у тебя с ним приятельские отношения, как член нашей семьи ты могла бы представить его нам или даже пригласить всех вместе на обед. Мне будет очень интересно поговорить с таким успешным инвестором, да и у Оскара, насколько я знаю, есть несколько идей.

Как член нашей семьи…

Готовить и представлять им Робертсона как член семьи я должна, а вот спрашивать о том, когда мы поженимся или когда у нас появится семья и готов ли он к детям — не могла. Такие вот двойные стандарты.

Впрочем, мои претензии были скорее к Оскару, а не к его отцу — тот всегда относился ко мне как к будущей невестке.

— Я только начала там работать и не могу тревожить личными просьбами человека, чья роль намного выше моей. Он может счесть это корыстью, — попыталась ответить я мягко, даже не представляя, как пережить эти две недели.

— Ты ставишь работу выше своей семьи, это неправильно.

— А Оскару вы бы то же самое посоветовали? — Я отложила чашку кофе в сторону, смотря прямо на Гильема. — И если бы сами были на моём месте, стали бы тревожить человека такого уровня?

Вообще-то с тем, чтобы тревожить Джина, у меня не было никаких проблем — но не для того, чтобы кто-то другой смог построить необходимые связи или обогатиться. Мне и самой было бы неприятно, если бы кто-то меня использовал.

— Нет не стал бы. Но Оскар — мужчина, и его успех — это и твой успех. Сначала прическа, потом слишком много работы, так ты и не захочешь иметь детей, потому что превращаешь себя в мужчину. Моя жена не работала после брака и дня, — недовольно пробурчал мужчина.

— Я уже давно готова была к детям и не раз заводила об этом разговор. Но Оскар не готов, и не готов обеспечивать семью в одиночку, да и я сама не хочу быть без работы. Так что мой успех сейчас — это моё выживание, — жёстко ответила я, больше не желая скрывать настоящее положение дел.

Не знаю, что Оскар наговорил отцу, но они вряд ли знали, что за всё мы платим пополам. Вчера в ресторане он заплатил за всех — и всегда делал так, когда его родители приезжали. А ещё он совершенно точно не сказал им, что вместо нормальных, серьёзных отношений решил устроить открытые, пригрозив мне разрывом. И так и не изменил своего мнения до сих пор, прекрасно зная, как сильно это меня ранило.

Гильем от моих слов весь напрягся, но продолжать не решился — он точно не из тех, кто будет ругаться громко, но я прямо-таки видела, как он уже мысленно собирается поговорить с сыном. И одновременно… его глухое недовольство мною никуда не исчезло, ведь я по-прежнему взваливала на себя «мужское».

Оскар будет в бешенстве…

Я забрала свой кофе, протёрла влажный кружок, оставшийся от чашки на столешнице, и направилась в комнату.