Книга Воительница, страница 278 – Алекс Найт

— Хорошо, – сосредоточив взгляд на еде, я приступила к рассказу.

Кассиэль всегда был красноречив и обаятелен, когда ему это было нужно, вот и сейчас он легко сглаживал острые моменты, пресекал возможность уколов, придавал сложностям флёр простоты. К завершению ужина мы оба расслабились и общались практически как старые знакомые, точнее, как бывшие возлюбленные, если бы расставание прошло спокойно. У нас не прошло, но нам удалось забыться и достаточно долго притворяться.

— Форма легиона тебе идёт, – отметил он с улыбкой, мельком скользнув взглядом по лежащей на столе маске.

— Гефестиан рассказывал мне о легионе, стало интересно, – пожала я плечами. – Как он, кстати? Ведь были прорывы.

— Жив, – сухо ответил Кассиэль, резко перестав улыбаться.

Вспомнилось его предупреждение.

— Это хорошо. А как Бессон? Надеюсь, ты не заездил моего мальчика.

— Он тоже жив. Чувствует себя прекрасно. И скучает по тебе, Натали.

— Бессмысленный приём, Касс, – скривилась я, поднимаясь из-за стола.

Он тоже приподнялся, положил свою ладонь поверх моей, пытливо заглядывая в мои глаза.

— Вернись ко мне, Натали. Обещаю, всё будет иначе. Хочешь, возглавишь центурион, сама соберёшь состав. Нам же было хорошо вместе, помнишь?

Было. Временами. Когда я забывалась, позволяя атайи влиять на разум и моё настроение, или когда Кассиэль опустошал мой резерв. Если и случилось что-то настоящее, этого не узнать. Каждый момент будет подвержен сомнению.

— Было хорошо, потому что ты надел на меня атайю, – резко выдернув руку, я отступила.

— Атайя лишь подталкивает.

— Кому ты рассказываешь? Я работала с нелегальными артефактами. Ты промыл мне мозги. Что было забито в мою атайю? Я должна была забыть прошлое, да? Привыкнуть к жизни в Эдеме? Полюбить тебя?

— А ты любишь? – с надеждой ухватился он за важное для него.

— Это не любовь, – ожесточённо взмахнула я рукой, словно пресекая любые возражения.

Кассиэль резко приблизился, сжал моё запястье и так же резко дёрнул меня к себе. Я натолкнулась на его грудь, защищённую белоснежной кирасой. Попыталась отпрянуть, но была стиснута в объятиях.

— Не смей… – прорычала сердито, но когда Кассиэль меня слушал?

Его губы накрыли мои. Ошеломляюще голодно, обжигающе страстно и горько-отчаянно. Больно, нежно, пугающе. Мощно. Сердце застыло, всё во мне будто замерло в замешательстве. Но лишь на секунды, пока в мыслях не ожили воспоминания о прошлом и не воскресли давно закопанные в глубине подсознания чувства. Всё смешалось. Голова закружилась, в ушах зашумела кровь. И я опомнилась, только когда Кассиэль подхватил меня на руки, чтобы положить на кровать. Как мы умудрились преодолеть две комнаты на пути сюда, не удавалось вспомнить при всём желании.

— Стоп! – голос сорвался, а из глаз брызнули слёзы.

Справиться с доспехом, чтобы добраться до тела, Кассиэлю не удалось, зато он пробил другую броню. Стало так муторно на душе, так мучительно-больно.

— Хватит, Кассиэль! – я сорвалась с кровати, буквально отбежала от опешившего от моей реакции серафима. – Разве не понимаешь? Для меня это обман, фальшивка. Даже если могла возникнуть любовь, ты всё разрушил воздействием. Я всегда буду сомневаться, что бы ты ни делал. И не смогу поверить, что полюбила тебя не из-за атайи.