Книга Последний шанс Гесса, страница 98 – Нани Кроноцкая

Затем он замолчал, сложив пухлые пальцы в театральном жесте, будто собирался объявить номер в цирке.

— Это всё? — Гесс спросил очень тихо и холодно.

— Нет! У меня для вас есть бесценный подарок, мои золотые! Сегодня я буду вашим добрым волшебником и исполню по одному желанию. Что пожелаете, мои дорогие?

Ожидаемого эффекта Кассий не достиг. Гесс даже бровью не повёл:

— Исчезни. До финала. Все срочные сообщения — письменно.

Его голос звучал угрожающе.

Кассий фыркнул, но в его смехе послышались фальшивые нотки — слишком громко, слишком натужно.

— Ха! Приня-я-ято! — Он резко повернулся ко мне, и его голограмма наклонилась так близко, будто собиралась заглянуть под простыню. — А ты, моя прелесть?

Я уткнулась лбом в плечо Гесса, чувствуя, как горит лицо:

— Да, — прошептала, не поднимая глаз. — Забери… это розовое чудовище… из моей каюты…

Кассий захлопал в ладоши с такой силой, что его голограмма мерцала, словно не выдержав наплыва эмоций.

— О-о-о, вот это уже проблема! — Он игриво подмигнул, но я заметила, как его веко дрожит от напряжения. Неужели действительно нас боится? — Чип эргокресла теперь живёт в твоём брутальном красавчике! — Его толстый палец показал на Гесса. — Но не переживай, дорогая! Контрацептивный чип тебе вживили ещё вчера — в оволяторе, пока ты спала. — Он сделал паузу, наслаждаясь эффектом. — Так что… развлекайтесь на здоровье!

Когда голограмма начала рассыпаться на пиксели, его смех перешёл в истерический хохот… Тишина после ухода хозяина была такой густой, что казалось, можно потрогать её руками.

Гесс медленно поднял бровь, глядя на меня. Нервно теребя застёжку комбинезона я избегала его взгляда.

— У Кассия есть… такая традиция… — мой голос дрожал. Он как-то рассказывал, что все его рабы… носят чипы… особенно ценных вещей…

— Традиция? — тоном голоса Гесса можно было пилить виталит.

Сползла на край койки, ощущая, как холодный металл рамки через тонкую ткань обжигает голую кожу бедра. Наклонилась, протянула руку под жёсткий матрас — пальцы наткнулись на пыльные кабели, скользкий от конденсата корпус вентиляции. Я замерла, чувствуя, как ладони становятся влажными. Он молча наблюдал за мной, его взгляд ощущался физически — тяжёлый, вопрошающий.

Не то.

Гесс слегка приподнял бровь, когда я, закусив нижнюю губу, перевесилась ещё сильнее. Его рука машинально легла мне на спину, предотвращая падение, но даже в этом привычном прикосновении читалось недоумение.

Как объяснить ему это?

Тишину разрезал мягкий щелчок механизма. Пальцы нащупали в стене едва заметную панель. Приложила ладонь к сканеру — холодные огоньки пробежали по контурам руки. Декодер щёлкнул, и скрытая створка бесшумно отъехала, обнажив маленький бронированный сейф. Из глубины памяти всплыла мелодия — та самая, которой меня научила старая няня. Свистнула, стараясь точно повторить переливистую руладу.

И спустя всего пару мгновений из сейфа выкатился… нет, не выкатился — выплыл, переливаясь в тусклом свете, массивный золотой диск диаметром примерно в мой локоть. На его поверхности высилась кукла.

Её верхняя часть была выполнена с пугающей реалистичностью: изящные золотые плечи, тонкие руки с тщательно проработанными суставами, слишком человеческое лицо с огромными фасеточными глазами. Но там, где должны были быть бёдра и ноги, тело плавно переходило в поверхность диска, создавая жутковатое впечатление. Как будто она была наполовину утоплена в металле.