Книга Последний шанс Гесса, страница 126 – Нани Кроноцкая

Тик-так. Тик-так.

Звук собственного сердца заглушал мерный гул систем «Ковчега». Гесс вышел из кают-компании, оставив за спиной Есс с её робкой улыбкой. Дверь мягко скользнула, отсекая мир, где он был просто Гессом, от пространства, где ему предстояло стать Тенью.

«Прогуляюсь». Обычное слово. Для кого-то — отдых. Для него — очередная короткая операция прикрытия.

«Ковчег» был гигантским, сверкающим кольцом, вселенной Кассия. Его гладкие, словно отполированные вакуумом, арочные коридоры расходились лучами от центрального хаба, мерцая голографическими указателями и скрытыми сенсорами. Но за этой безупречной ультрасовременной оболочкой — гордостью одного из богатейших пиратов Галактики — таились тусклые, серые участки, потёртые панели, ржавые лифты, следы поспешного ремонта, словно глубокие шрамы, оставленные его скупостью.

И повсюду — незримые глаза Кассия, пронизывающие станцию насквозь: камеры и датчики, сливающиеся в единую, всевидящую сеть.

Идти под этим пристальным оком наугад — непростительная глупость. Нужен маршрут. Логичный для Кассия. Визит перед стартом первого тура к макету — прекрасный предлог. Учитывая непредсказуемость следующего этапа, ещё стоило «освежить память о купальнях». И только потом… Лазарет. Именно в стерильной тишине медицинского блока визита Гесса сегодня совершенно точно не ожидал Ойле. Тот самый презренный предатель и посредственный докторишка, каким-то невероятным образом отыскавший лазейку в многоуровневом крипто-щите, наглухо блокирующем выходы во внешнюю Имперскую сеть.

Лифт, тускло поблескивающая капсула в тёмной шахте, жадно поглотил Гесса. Знакомая тошнота, неизменно сопровождавшая его полёт, была почти приятной. Мужчина прислонился к прохладной стене. Дрожащее отражение в ней глядело одновременно до боли знакомым и совершенно чужим: порядком помятое лицо, следы тренировок под тёмными нанозаплатками на скулах и подбородке, но главное было не в этом. Сквозь светло-серые линзы, скрывающие непривычную черноту глизеанского взгляда, проглядывало нечто новое.

Неуютное и безусловно опасное.

Любовь.

И не знакомая и привычная — как к Нэрис, тёплой, податливой, как вода, послушно принявшая форму чужого сосуда.

А к хрупкому и упрямому вихрю, волей судеб оказавшемуся рядом с Гессом.

Есс. Женщина, готовая умереть за него. Ради которой он сам был готов ещё раз сжечь дотла весь Майран.

Почему именно она? Ничего общего с расчётливыми глизеанками, статусными невестами. Есс — хрупкая, колкая, непредсказуемая, больно режущая своей правдой. Любить её — всё равно что в ладони сжимать глизеанский клинок.

И всё же… В самом первом их мысленном соприкосновении Гесс уловил откровение, глубоко поразившее повидавшего многое глизеанца, разведчика и учёного. Незамутнённая искренность и чистота, которой он никогда ещё прежде не знал. Лиглянка была настоящей. Именно в этом таилась её самая главная женская сила.

И секрет его сокрушительной капитуляции.

Лифт резко остановился. Двери раздвинулись, впуская прохладный воздух симуляционного зала. Полумрак. Неожиданно-твёрдая искусственная гравитация под ботинками. В центре — огромный, куполообразный макет Великой Игры, и Майран, тускло мерцающий бирюзовыми топографическими линиями, аквамариновыми океанами и ржавыми язвами мёртвых зон. Священная реликвия Кассия. Гесс шагнул к куполу, его взгляд скользнул к южному архипелагу — щедрой россыпи островов. Зловеще. Красиво. Опасно.