Книга Тайна спящих детей, страница 70 – Марина Исайр

— Моррис нашёл её, — сказала молодая магистр, опуская обе ладони на контур. — Теперь госпожа Сантер должна подойти к выходу.

— Лилия, слышите меня? — Я наклонился ближе, продолжая держать её руку. — Моррис рядом с Вами. Идите за ним и не отпускайте, что бы ни увидели по дороге.

Лилия не шевельнулась, но под закрытыми веками дрогнули глаза. Иней на ресницах треснул, осыпаясь мелкими крупинками на щёки.

— Она слышит, — выдохнул Дамиан, и свет возле его ладоней стал ярче. — Рей, продолжай.

— Ваша лавка ждёт Вас, Тая ждёт, Моррис пришёл за Вами, и я тоже жду, — произнёс я, уже не обращая внимания на остальных. — Вы нужны здесь, Лилия, и поэтому перестаньте спорить с мёртвыми, найдите дорогу и возвращайтесь ко мне.

Золотая нить обожгла ладонь. На миг палата исчезла, а перед глазами возник длинный светлый коридор с круглыми стёклами в дверях. Лилия стояла в дальнем конце, прижимая Морриса к груди, а рядом с ней находился мальчик. Лиам держал её за руку и смотрел не на проход, а на Эстерию, словно ждал только её решения.

Видение оборвалось, но я успел понять главное.

— Они возле выхода, — сказал я, поворачиваясь к Вальду. — Лилия держит Морриса, а Лиам стоит рядом.

— Госпожа Блант, приготовьтесь, — магистр указал на колокольчик, вокруг которого уже поднималось серебряное сияние. — Сначала откажитесь от зова. Когда он освободит след, разбейте якорь.

Эстерия взяла молоток, но рука задрожала так сильно, что каменный боёк ударился о край стола. Тень Лиама стала отчётливее. Мальчик протянул к матери ладонь, а она шагнула вперёд, забыв о границе контура.

— Я не могу, — прошептала женщина, прижимая молоток к груди. — Он пришёл ко мне. Я столько лет ждала, а теперь Вы требуете снова его потерять.

— Вы потеряли Лиама много лет назад, — Дамиан отнял ладони от пластин и подошёл ближе, хотя свет вокруг него сразу ослаб. — Всё, что происходило потом, не возвращало сына. Вы заставляли его снова переживать дорогу, от которой он пытался уйти.

— Он мой ребёнок, — Эстерия посмотрела на него сквозь слёзы. — Как я должна отпустить собственного ребёнка?

— Так, как должна была отпустить в первый раз: не потому, что перестали любить, а потому, что больше не хотите причинять ему боль, — Дамиан накрыл её пальцы своей ладонью и помог удержать молоток. — Лиам уже попросил Вас остановиться. Не заставляйте его просить снова.

Дамиан продолжал поддерживать её руку, но не торопил. Вторая зеркальная пластина начала гаснуть, оставляя нам всё меньше времени, а золотая нить снова задрожала, словно Моррис пытался тянуть Лилию к выходу.

— Прости меня, мой хороший, — произнесла Эстерия. — Я думала, что если найду правильную дорогу, то смогу всё исправить.

После чего Эстерия всхлипнула, подняла молоток и коснулась пальцами колокольчика в последний раз.

— Я больше не стану тебя звать, — пообещала она. — Иди, Лиам. Я отпускаю тебя.

Молоток опустился на серебро. Колокольчик раскололся с тонким чистым звуком, который прошёл через стены, пол и моё тело. Тень мальчика вспыхнула белым светом и исчезла, а золотая нить рванулась в моих пальцах с такой силой, что едва не выскользнула.

— Держите! — крикнул Вальд, одновременно разворачивая линии обратного контура.

Дамиан вернулся к пластинам и влил в них остаток силы. По его рукам пробежали тёмные ожоги, но он не отступил. Магистры произносили заклинание, свет двигался против прежнего направления, собираясь вокруг кровати, а я держал Лилию и продолжал звать, хотя собственный голос почти терялся в нарастающем гуле.