Книга Тайна спящих детей, страница 22 – Марина Исайр

— Очень утешает.

— Мы стараемся.

Моррис поднял голову и посмотрел на меня.

— По крайней мере, воровство обычно не отделяет души от тел.

— Спасибо, — тихо ответила я. — Сегодня ты удивительно оптимистичен.

Я уже собиралась пересказать его замечание остальным, когда заметила впереди знакомую фигуру и остановилась так резко, что Моррис недовольно вцепился когтями в рукав.

Тая стояла посреди тротуара.

Не возле лавки, не в дверях соседнего дома и вообще гораздо дальше от Медной улицы, чем когда-либо уходила прежде. Она выглядела почти прозрачной, будто сама дорога сюда отняла у неё слишком много сил, волосы рассыпались по плечам, а в лице не осталось ни тени привычной улыбки.

— Лилия! — выдохнула она и тут же бросилась ко мне.

Рей мгновенно заметил, куда я смотрю.

— Что случилось?

Я осторожно опустила Морриса на сухой край ступени и шагнула навстречу Тае.

— Ты что здесь делаешь? Как ты вообще…

— Потом, — перебила она меня, тяжело переводя дыхание, хотя дышать ей, конечно, не требовалось. — Лилия, нужно скорее домой.

У меня внутри всё похолодело.

— Нора?

Тая быстро кивнула.

— Она вернулась. Уже давно. Появилась вскоре после вашего ухода, потом исчезла, потом снова появилась. Я пыталась удержать её, разговаривала с ней, но она словно всё время куда-то проваливается. И сегодня она другая.

— В каком смысле другая? — спросила я, уже разворачиваясь к экипажу.

Тая на мгновение замялась, и именно это напугало меня сильнее всего. Обычно она выдавала десять объяснений прежде, чем я успевала задать второй вопрос.

— Она говорит.

До Медной улицы мы добрались так быстро, что потом я почти не могла вспомнить дорогу. Рей по пути несколько раз пытался выяснить, что именно сказала Тая, но я знала не больше его и лишь смотрела в окно экипажа, считая повороты. Если Нора действительно могла говорить, значит, впервые с начала всего этого у нас появлялся шанс получить от неё не обрывок слова, не иней на стекле и не испуганный взгляд, а настоящий ответ.

Дверь лавки оказалась приоткрыта.

Я точно помнила, что запирала её.

Рей вошёл первым, и я почти возмутилась бы, если бы не холод, который ударил в лицо сразу с порога. Внутри не горела ни одна лампа. Только уличный свет проникал через витрину, серебрился на полках и выхватывал знакомый маленький силуэт возле прилавка.

Нора была здесь.

Сегодня она выглядела хуже, чем утром. Через её платье уже отчётливо просвечивало дерево стойки, края фигуры дрожали, словно отражение на воде, а лицо казалось почти бесцветным. И всё же, когда я вошла, девочка сразу подняла голову.

— Нора, — позвала я, подходя медленно, чтобы не напугать её. — Это я. Я здесь.

Она смотрела на меня несколько секунд, а потом губы едва заметно шевельнулись.

Звука не было.

Я остановилась совсем рядом и присела, чтобы наши лица оказались почти на одном уровне.

— Не торопись. Если не можешь сказать, покажи. Мы всё равно попробуем понять.

Нора отрицательно качнула головой. По её лицу было видно, каких усилий стоит даже это движение, но она упрямо попыталась снова.

На этот раз я услышала.

— Я…

Голос был настолько слабым, что больше походил на шелест бумаги, однако от одного его звука у меня перехватило дыхание.

— Я слышу тебя, — сказала я, стараясь не показать, как сильно сама волнуюсь. — Нора, всё хорошо. Говори медленно.