Книга Книга для тебя, страница 100 – Ника Волшебница

— Кхм, — от громкого смеха у меня в горле начало першить. — А я сомневаюсь. А вдруг придёт какой-нибудь эмоционально закрытый человек, и я не смогу прочувствовать его потребность?

— Ой ли? — теперь уже Айя рассмеялась. — Ты даже на нюх умеешь определять эмоции. И сомневаешься в себе?

Я пожала плечами. Вспомнился Отто Карлович с его неизменным и непонятным ромашковым запахом. Его ведь я не могла разгадать…

Тут меня озарила идея.

— Сейчас вернусь! — выскочив из кухни, я сбежала вниз по лестнице и отперла внутреннюю дверь магазина.

Встав на пороге, представила себе Отто и оглядела полки… Как и следовало ожидать: ни одна книга не засияла. Руки начали мелко дрожать: куда я ввязалась? Бездарщина, возомнившая себя спасительницей мира.

— Какая же я дура! — я уткнулась лицом в ладони, пытаясь унять всё усиливающуюся дрожь.

— Что случилось? — Айя, тихо спустившаяся по лестнице, положила мне руки на плечи.

— Помнишь Отто Карловича?

— Того старичка из деревни?

— Ну.

— Я сейчас подумала о нём, и ничего не почувствовала. Ни его эмоций, ни книги для него…

— Ой, да забей! — подруга цыкнула и убрала руки. — Может, он уже так стар, что словил свой дзен, и ему ничего больше не надо от жизни. И вообще, это исключение из правил. Подумай сейчас о ком-нибудь другом — уверена, ты сразу же увидишь своё сияние.

Но я не могла. Все мысли вертелись вокруг Отто, всё больше и больше усиливая тревогу. Слова подруги ничуть не успокоили: а вдруг он не исключение, а наоборот — правило? Вдруг я чувствую только близких, знакомых, тех, к кому прониклась — и не смогу прочувствовать чужих людей?

Я поделилась терзаниями с подругой.

— Пф, — она махнула рукой. — Значит, у нас просто будет книжный магазин с изданиями, начиная с 1905 года. Хватит усложнять. Пойдём допьём чай и будем открываться.

Глянув на остывший чай и поняв, что больше ни грамма в меня не влезет, я пошла собираться. Тёплые капли, падавшие из душевой лейки, обнимали и грели моё тело, но в груди сохранялся какой-то нефизический холодок. Кажется, я слишком долго тщетно пыталась растопить его кипятком, потому что в какой-то момент раздался настойчивый стук в дверь и призыв Айи поспешить.

Нехотя выйдя из душевой кабинки, я глянула на запотевшее зеркало. Ладонью собрав с него испарину, уткнулась в своё мутное отражение. Бог знает, на что я надеялась там увидеть — никакого белого свечения вокруг кожи, конечно же, не было.

— Ник, ну ты долго? У нас пять минут!

— Иду-иду! — я ещё раз оглянулась на своё отражение, но зеркало уже вновь запотело.

— Чёрт! Чем я занимаюсь в своей жизни? Ирма, вот не могла ты подсказать нормально, куда мне двигаться?! Нет же, надо было вечно давать какие-то загадки и иносказания… — натягивая джинсы на чуть влажные ноги, я начала злиться — и на джинсы, которые никак не лезли, и на Ирму, которая бросила меня неожиданно и, откровенно говоря, довольно подло. И на себя за то, что, даже умудрившись обрести магический дар, никак не могу научиться правильно жить…

Перед внутренней дверью в магазин я едва не упала, и Айе пришлось подхватить меня.

— Да прекращай уже! — от подруги почувствовался явственный запах негодования. — Не на битву же с драконом ты идёшь. Вперёд! Хватит в себе сомневаться!

Её праведная злость сработала лучше, чем любые увещевания — и я решительно надавила на дверную ручку.