Книга Развод с князем. Хозяйка доходного дома, страница 6 – Лилия Тимолаева

— Почему?

— Не знаю.

— Квартиры заняты?

— Кажется, почти все.

— Платят исправно?

Она пожала плечами.

— Этого я не знаю.

Нормально.

Не надо превращать камеристку в энциклопедию.

— А прежняя... — я вовремя остановилась. — А я часто туда ездила?

Настасья посмотрела на меня еще внимательнее.

— Раньше иногда.

— А в последнее время?

— Нет.

— Почему?

— Вы с князем решили, что вам лучше не вмешиваться в хозяйственные дела.

Мне очень хотелось спросить, кто именно из нас решил.

Но это можно выяснить позже.

— Ясно.

Экипаж свернул на широкую улицу.

Город постепенно менялся. Представительские особняки уступали место четырехэтажным домам, лавкам, конторам, вывескам. Движения стало больше. У перекрестка стоял высокий металлический столб, по верхней дуге которого пробегали тонкие белые искры. Рядом мальчишка в форме городской службы проверял латунную панель.

Я отметила деталь и не стала расспрашивать.

Сейчас меня интересовал дом.

— Скажите еще одно, — попросила я. — В последние недели я была очень расстроена?

Настасья долго молчала.

— Вы разводитесь с мужем.

— Это я уже заметила.

Она наконец посмотрела прямо на меня.

— Вы почти не выходили из комнат. И много плакали.

Вот и ответ.

Прежняя Аксинья не хотела развода.

Или боялась его последствий.

Возможно, и то и другое.

— Федор... князь часто приходил?

— Нет.

— Мы с ним ссорились?

— Я не слушала под дверями.

Мне снова захотелось улыбнуться.

— Хороший ответ.

Она нахмурилась.

— Вы сегодня другая.

Вот этого я ждала.

— Развод иногда помогает посмотреть на вещи иначе.

— За одно утро?

Похоже, эта фраза становилась популярной.

— Особенно за одно утро.

Настасья ничего не сказала.

Но и дальше спрашивать не стала.

Через несколько минут экипаж остановился.

Я посмотрела в окно.

И сразу поняла, что дом мне нравится.

Не потому, что был красив.

Красота в недвижимости вообще переоценена.

Дом был расположен правильно.

Верейская оказалась широкой торговой улицей. На противоположной стороне работали кондитерская, книжная лавка и магазин тканей. Чуть дальше виднелась площадь. По мостовой постоянно ехали экипажи.

Сам дом занимал почти половину квартала.

Четыре этажа, светлый каменный фасад, два подъезда, высокая арка во двор. На первом этаже шесть витрин. Над ними — три ряда окон.

На углу висела вывеска часовой мастерской.

Рядом работала булочная.

Еще дальше — магазин готового платья.

Никакой развалины.

Люди входили и выходили.

У одного подъезда остановился извозчик. Из арки выбежал мальчик с корзиной. На третьем этаже женщина открыла окно и что-то крикнула вниз.

Живой дом.

Заселенный.

В хорошем месте.

Я вышла из экипажа.

— И это Федор советовал мне не брать?

Настасья ничего не ответила.

Правильно.

Мы вошли в арку.

Первое, что я увидела во дворе, — пространство.

Большое.

Слишком большое для двора, который не приносит денег.

Вдоль правой стены стояли каретные помещения. Несколько ворот были закрыты. У левой стены располагалась хозяйственная постройка. В глубине — второй выход на переулок.

Через весь двор проходила мощеная дорожка.

Я остановилась.

Уже здесь имелось больше возможностей, чем в иных коммерческих объектах, которыми я управляла в прошлой жизни.

— Кого вы ищете, сударыня?

Голос раздался за спиной.

Я повернулась.

Передо мной стоял плотный мужчина лет шестидесяти в коричневом сюртуке. Седые волосы коротко подстрижены, усы аккуратные, взгляд недовольный.