Книга Судья. Время перемен!, страница 55 – Юта Пахомова

Казалось, совсем недавно Мия получила свою должность, но время даже и не думало замирать на месте и помогать им подготовиться к новым битвам и новым достижениям. Оно летело, как дуновение ветра. День сменялся ночью, а неделя месяцем. Того времени, которое ранее было забито постоянными тренировками и учебой со Стержнем, чтобы занять эту должность, теперь не хватало, но уже по другим причинам.

У нее на сон и еду не всегда хватало его, но утренние тренировки она все также посещала. Это была не прихоть, а жизненная необходимость, и поэтому, как только у нее появлялась свободная минутка, она либо брала в руки оружие, либо пыталась привыкнуть к новому дару, позаимствованному у Кирилла, что было немало важным.

На личную жизнь сил у нее и вовсе не было, хотя с каждым днем девушка все острее видела желание Мирона с ней поговорить по душам. Он медлил, и Мия была этому благодарна, но чем дольше она это игнорировала, тем сильнее накалялась атмосфера между ними, что могло привести к неудобным последствиям, которых ей хотелось бы избежать.

Что же касается Кирилла, то он по ее поручениям все это время был в разъездах, и поползновений в ее сторону она могла получить только во время их редких разговоров по рации, которые скрывались между строк о том, что им обоим удалось узнать и что делать дальше, да краткие приезды в их город для передислокации. Ничего конкретного он ей не предлагал и в любви не клялся, но его тонкие намеки и красноречивые комплименты не оставляли сомнения в том, что он желает большего.

Первое время Мия даже подозревала, что это просто его манера речи такая, и он со всеми женщинами общается фривольно, но она лично наблюдала за ним в обществе других женщин, и ничего подобного за ним не заметила. Он был дружелюбен и приветлив, но лишь до той степени, когда женщина могла бы начать сомневаться в его интересах. Стоило же женщинам проявить интерес к нему, и он сразу выставлял ограничения и барьеры, чтобы те не переходили черту. Это было занимательно наблюдать, ведь то, что он не позволял другим, он спокойно проделывал с ней.

Мирон

Руки мужчины все сильнее сжимали руль, чтобы обуздать свое бессилие изменить хоть что-то.

Его эмоции варьировались от гнева до опустошения. В нем смешалось столько эмоций, что он не мог понять, как лучше их выплеснуть, но, несмотря ни на что, одно смогло удивить даже его самого. Нечто, чему даже он удивился, осознать среди столь необъятного потока эмоций и переживаний. Некое завершение, заключение, которое наконец позволило ему понять, что может быть между ними, и больше не мучить самого себя. Это не значило, что ему было проще от этого, но это напоминало момент, когда стрела наконец достигла цели, и боль, переживания от того, куда она полетит и кто при этом пострадает, а так же, как сильно будет нанесен удар, были позади. С результатом он мог начать действовать исходя из ситуации, и пусть это было неприятно, но это было лучше, чем топтаться на месте без возможности ступить в любую из сторон, боясь совершить ошибку.

Как оказалось, неизвестность и недосказанность слишком сильно его тревожили последние годы. Настолько сильно, что он и сам не понял, когда он успел так сильно стать от них, зависим.

Уговаривать или постараться переубедить Мию в том, что у них что-то может получиться, он совершенно не видел смысла. Он слишком хорошо ее знал, чтобы понимать: раз она приняла решение, то оно не подлежит испарению, да и навязывать те чувства, что он испытывал сам, тому, кому это было не нужно, было слишком низко. Ниже его самомнения и гордости. Он имел самоуважение и понимал, что пусть и не сейчас, но он переживет это.