Книга В разводе. Тост за бывшего!, страница 64 – Анна Томченко

Но, глядя на Акулину Арнольдовну, я приходила к выводу, что это практически дохлый номер. Потому что она кокетливо улыбнувшись, заметила:

— Мальчик мой, а может быть, просекко?

— Просекко, так просекко! Я сейчас!

Олег выхватил мобильник и зычно, громко произнёс:

— Вадя! Нам, пожалуйста, просекко привези! И… и что ещё? — Снова поклон в сторону бабули.

Бабуля прижала ладошки к щекам и заметила:

— Тортик бы из кондитерской, которая на Энтузиастов. Шоколадный такой.

— Тортик шоколадный, из кондитерской на Энтузиастов. Слышишь меня, Вадя? И что? И что время ночь? Найди кондитера, который там работает — пусть испечёт! Да, клубнику тоже привези! Да и конфет ребёнку! Ребёнку конфет! Сколько лет ребёнку? Маленький ещё ребёнок!

Лера прыснула в кулачок и задрожав от смеха, закрыла ладошками лицо.

— И много цветов, Вадя! Много цветов вези! Хоть весь цветочный склад мне!

— А вы, молодой человек, — поправляя локоны, произнесла ласково Акулина Арнольдовна, — я так смотрю, умеете ухаживать. Прям широко, от души.

— Плох тот мужчина, который не умеет от души благодарить женщину.

— Ах, какая приятная философия! Простите, пожалуйста, чем вы занимаетесь?

Олег почуяв, что здесь ему очень сильно рады, начал разливаться трясогузкой. Я на это всё смотрела сквозь полуопущенные ресницы, понимая, что с утра он очень сильно пожалеет, что здесь практически своим досье раскидывался.

— А я то здесь… то там. У меня рестораны… У меня недвижимость…

— Активы за рубежом, — продолжила я список, — инвестиции. Собственно, господин Новиков является одним из тех инвесторов, о котором никто ничего не знает, но при этом он имеет очень большой и стабильный вес на рынке.

Акулина Арнольдовна взмахнула руками.

— Какая прелесть! Какая прелесть! Мало того, что красивый, привлекательный, так ещё помимо того, что богатый, очень умный молодой человек! Где же вас столько лет носило? Кстати, сколько вам лет?

— Уже не мальчик, — усмехнулся Олег, вставая, присаживаясь на корточки возле кресла Акулины Арнольдовны.

Бабушка чисто материнским жестом провела ладонью ему по волосам, а потом схватила за щёчку. Я была на сто процентов уверена — рано утром Новиков будет вне себя от злости, что здесь какая-то пенсионерка его мацала за щеки. Но я планировала на это, как минимум посмотреть.

— Ты жуть до чего очаровательный мальчик! — Акулина Арнольдовна умилялась, прекрасно зная, что всё то, что у пьяного на языке, то у трезвого в голове.

— Стараюсь. Я вот нехорошим был — Майя обиделась, уехала от меня. Бросила меня. А у меня там друзья сидят, ждут её. Я же всем рассказываю: “я такую женщину встретил! Красоты неописуемой, шарма неземного! Смекалистая, весёлая, красивая, как сам дьявол!”

Я поставила чашки на стол и глубокомысленно посмотрела на свободное кресло, куда планировала посадить Новикова. Тот, вроде бы догадавшись по моему взгляду, что пора вести себя более прилично, всё-таки сел в кресло, но развернул его полубоком к бабуле, считая, что она самый благодарный слушатель. Мы с Лерой заняли места по другую сторону стола и осторожно попивая чай, слушали, как Новиков разливался соловьём.

— И мне ребята говорят: «да ты за столько лет не встретил никого похожего. Зачем ты сейчас будешь бегать за ней?» А я говорю: «так я всю жизнь её искал! Поэтому буду бегать!»