Книга В разводе. Тост за бывшего!, страница 39 – Анна Томченко

Я развернулась и двинулась к подъёму на сцену и когда почти дошла, горячая ладонь перехватила меня за локоть.

— Майя...

Олег смотрел на меня с лёгким смущением во взгляде. А поскольку я была зла, поскольку была раздражена, поскольку была обманута, то дёрнула локтем и хрипло произнесла:

— Владелец ресторанов, машин и пароходов. Прекрасно, прекрасно, господин Новиков, — произнесла я сквозь зубы. — А мне-то как интересно в Питере рассказывал — всего лишь простой бармен, всего лишь решил скрасить вечер грустной леди.

Олег понял, что меня задело, нахмурился, брови сошлись на переносице.

— Ну хорошо, тогда ответь просто сейчас не мне, а себе: а ты поднялась в номер к владельцу заводов, машин, пароходов? Нет. Тебе проще было подняться в номер к бармену, которого ты выше социально, финансово. А я просто подарил тебе ту сказку, которую ты хотела. Чего ты сейчас высокомерно смотришь на меня? Как будто бы я тебя насильно тащил в Питере за собой!

* * *

А вот мы и познакомились с нашим барменом.

Главу ещё ждем?

Крайне эмоциональная и рассказывающая о том, что бывает, когда кто-то подумал, но не сказал и когда кто-то сказал, а не подумал.

Пальцы Олега сомкнулись на моём локте ещё сильнее. Он потянул меня на себя, заставляя спуститься на ступеньку ниже, и тяжело вздохнул, показывая, как будто бы разочарован.

Но разочарована была я.

— Ты меня дважды идиоткой выставил. Когда я оказалась второй раз в Питере, куда меня притащил муж насильно, ты стоял и разыгрывал партию недалёкого и ласкового бармена. Вместо того чтобы сказать: «слушай, я знаю, как решить твою проблему. Сейчас всё будет».

— То есть тебя покоробило то, что я не решил твою проблему? — насупился Олег.

Я покачала головой.

— Нет, меня покоробило то, что ты продолжал делать из меня идиотку. Или как это у вас происходит в северной столице: перепихнулся с бабой — и ладно, ничего она никогда не узнает?

— А тебе что, не понравилось?

Я улыбнулась и часто заморгала. В этот момент Олег подумал, вероятно, что я ему очень неплохо прокатилась по ушам. Поэтому, зарычав, дёрнул меня на себя.

— Ну же, говори, понравилось?

— Да я не хочу с тобой в принципе говорить. Потому что если два человека оказываются дважды в одной и той же точке и продолжают лгать, хотя я изначально тебе всю свою подноготную выдала, а ты продолжил отыгрывать роль — это говорит о том, что первое: тебе было это удобно. Второе: ты и не собирался ни черта делать.

— Неужели?

— Да. Потому что если бы ты собирался что-то делать, ты бы меня уже во второй раз в Питере обо всём уведомил.

Я испытывала неприятное, скользкое чувство того, что меня обвели вокруг пальца. И нет, мне не страшно было показаться самой себе дурой. Мне было страшно, что появился человек, который разбавил серое полотно моей жизни яркой краской. И на этого человека я смотрела как на волшебника с крутым вертолётом, который обязательно даст мороженое и покажет кино. А потом оказалось, что это не волшебник, а ярмарочный прохиндей, у которого в рукаве всегда есть две колоды карт.

И от чувства того, что меня обманули — мне было неприятно. Хотя я ничего плохого не сделала. Я не повела себя по-скотски, не повела себя по-свински. Я просто женщина, которая оказалась в моменте и не просила даже ни защиты, ни поддержки, ничего. Просто момент был дерьмовый.