Книга В разводе. Тост за бывшего!, страница 140 – Анна Томченко

— Мне не нравится то, что ты сейчас говоришь, — тихо произнёс Новиков и опустил глаза.

Я понимала: убивать любовь — это очень больно и страшно.

И вооружившись тяжёлым револьвером, а может быть, даже кольтом, я прицелилась и выстрелила.

— Я говорю тебе, что возвращаюсь к своему мужу, — произнесла глухо, сухо и опуская глаза.

Нет, врать я умела и делала это профессионально. Но почему-то ему врать в глаза было страшно.

— Глупости, — недовольно произнёс Новиков, вставая из-за стола.

— Я возвращаюсь к своему бывшему мужу, — повторила я громче, для того, чтобы он понял, что я предельно серьёзна, настроена по максимуму. — Я с ним прожила много лет и проживу ещё столько же. Ты для меня слишком слаб, что ли. Я тебя сожру и проглочу за один год. У тебя нет стали в характере. А ещё выдержки. Ты не умеешь вовремя остановить меня, мою суматошную родню. А он может, умеет. За столько лет я его выдрессировала, воспитала, вылепила под себя. Я не хочу ничего менять. Мне не двадцать лет для того, чтобы я сейчас нянчилась с чьим-то сыном. У меня своих детей двое. Третий мне здесь абсолютно не нужен.

— Рот закрой, — зло произнёс Олег.

И я ощутила, как его ладонь выскользнула из-под моей руки и прошлась сначала по предплечью, а потом стальными клещами сжалась на ключицах.

— Иначе что? Ну, скажи мне, пожалуйста, господин великий питерский бизнесмен, если я рот не закрою, что ты мне сделаешь?

Олег смотрел на меня, и в его взгляде плясали молнии.

— Ты мне ничего не сделаешь.

Я встала, сбросила его руку и вскинула подбородок.

Я действительно хотела, чтобы моё признание было более мягким, не таким шокирующим, не таким жестоким. Но судя по всему, Олег не тот человек, который может на тихое заявление о победе, спокойно это проглотить и уйти. Нет, ему надо, чтобы были переломанные копья и груда тел, перемешанных с кровью и землёй. Только тогда он поймёт, что проиграл.

— Ты всё это говоришь для того, чтобы сейчас просто проверить меня.

— Я всё это говорю, Олеж, для того, чтобы ты понял: тётя тебе одолжение сделала, поиграла с тобой в твоей песочнице. А сейчас она возвращается в свою. Читай между строк — возвращается к мужу.

* * *

В которой всё плохо.

Я вылетела из ресторана. И бедный кучер-извозчик — я чертыхнулась сама про себя, потому что меня сегодня то на Ахматову тянуло, то на Достоевского — соскочил с кареты и приглашающе распахнул дверь. Но я качнула подбородком в сторону и двинулась вниз по улице. Слёзы были такие горячие, жгучие, что я с трудом добежала до поворота дома.

Дерьмово всё.

К Яше я не собиралась возвращаться. Не ради красивой картинки, не ради функции жены, не ради переосмысления Яшей всего.

Я его люблю, я не отрицаю это. Я не могу взять и выбросить всё, что у меня было с моим мужем. Но я его никогда не приму. Ни после такого.

От любви, которую я так и не смогла убить, мне временами было очень больно. Сейчас будет вдвойне больнее, потому что на моём жизненном пути встретился такой человек, как Новиков. Человек-праздник, человек-сказка, человек-подарок. Для женщины на десять годков помладше меня и на двадцать потупее он был бы золотой жилой. Особенно с теми чувствами, которые он испытывал. А для меня это было бы сейчас что-то похожее на то, что я со временем изговнякаю ему жизнь.