Книга В разводе. Тост за бывшего!, страница 121 – Анна Томченко

— Яш, ты если с дядей разругался, то…

— Да причём здесь он? — Спросил я, тяжело вздыхая и глядя на неё.

Лина была миловидной, приятной, неплохо воспитанной. В принципе не раздражала меня. Но сейчас её наличие рядом вселяло в меня бешенство и плохо контролируемую агрессию. Вполне могло оказаться такое, что на каких-нибудь пивных дрожжах я мог и перегнуть палку. Потому что нет ничего страшнее мужика, который разочаровался во всём. А самое главное — в себе самом.

Вот я сейчас себя чувствовал обосранным говнюком, потому что мало того, что я изменял своей жене, так ещё это делал с широтой всей своей прогнившей душонки.

Вот какого, спрашивается, черта, мне надо было притащить Лину на день рождения внучки своего армейского друга?

А просто потому, что охренел в край от вседозволенности. Майя же у меня такая — она никогда не носилась с лупой и не выслеживала, где я. Она у меня слишком королева, чтобы заниматься тем, чем обычно развлекаются фрейлины. Майе вообще по большому счёту плевать. Она не то что заподозрить меня в изменах не могла, она даже представить себе такого не могла. Потому что на протяжении долгих лет она вырабатывала у меня инстинкт собаки Павлова — она для меня всё. Ну, в целом я был, конечно, не против. Это очень тяжело что-то выработать у человека, который постоянно упирается.

Поэтому я понимал, что если хочу по-человечески сейчас находиться хоть в каких-то отношениях с супругой — мне не нужно было, чтобы рядом кто-то ошивался.

Дурная ситуация, когда изначально таким ловеласом себя чувствуешь и рассказываешь о том, что «я вот выбрал другую», а потом приходит осознание — да нет, выбрал-то я как раз-таки одну единственную. И только вседозволенность позволила усомниться в этом выборе.

— Яш, я не хочу так. Ты можешь сколько угодно не находить общий язык с моим дядей. Он может сколько угодно давить на то, что “давай женись на моей племяннице”. Да, я хочу…

У Лины стали глаза влажные.

— Я вообще этого не скрываю. Да, я хочу. Я хочу, чтобы ты был со мной. Я хочу, чтобы ты был моим.

В ней было столько искренности, что я стал подозревать неладное.

— Но если ты не можешь прийти к какому-то решению совместному с моим дядей — ты меня не бросай, пожалуйста.

— Слушай, чего тебе надо от старого пердуна? Через десять лет у меня будет радикулит стрелять при каждом вздохе. Через пятнадцать лет я стану носить дебильные очки в толстой роговой оправе с такими вот здоровенными линзами, из-за которых буду похож на “Крота” из мультика «Атлантида». Вот скажи мне, пожалуйста, тебе какой профит, молодой, ухоженной, привлекательной, от отношений со старым идиотом?

Я действительно раздражался.

Лина отвела глаза.

— Наверное, потому, что таких, как этот старый идиот, у меня никогда не было. И, Яш, я не хочу, чтобы ты от меня ушёл. Я не та, кто дёргается к деньгам. Я вроде сама как бы не особо стеснена в средствах. Ты же не думал, что моя фамилия ставит меня на один уровень с девочками, которые ищут себе покровителя?

Смутные подозрения всё сильнее били в гонг.

— Если бы ты мне не понравился — у нас бы ничего не было. Но всё очень плохо, потому что ты мне понравился не за свой кошелёк, не за свою фирму. А мне ты просто понравился. Ты вот говоришь о том, что ты через десять лет будешь при каждом чихе радикулитом страдать, а я вообще этого не понимаю. Потому что мне нравится в тебе всё. Я тебя целую, провожу ладонями по твоему лицу, чувствую каждую морщинку, каждый залом. И мне это нравится. Яш, не бросай меня, пожалуйста.