Книга Внезапно женаты: сделаем это по-взрослому, страница 28 – Ната Хари

— Красивое. Голубой сапфир?

Пожимаю плечами. Наверное. Я не очень разбираюсь.

— Поздравляю, братишка, — обнимает он Мишу. — Будьте счастливы, пожалуйста.

И, поправив пятернёй волосы, заходит в зал и пробирается к семейному столику. Через несколько секунд, когда мы с Мишей подходим к ним со спины, я слышу: «Я же сказала тебе, что буду в молочном! Неужели так сложно было надеть костюм тёплого оттенка? — Оля, он серый. Просто серый. — У него синюшный подтон!».

Ну, хотя бы следы помады на его рубашке она не заметила, и на том спасибо.

Нас все поздравляют, рассматривают кольцо. Теперь я точно знаю, что сапфир, почему-то «негретый» (интересно, хорошо это или плохо), органка — ашер. Каратность — неприличная для драгоценного камня, но «для жены человека твоего статуса, Миша, нужно было, конечно, бриллиант». Оля такая Оля.

Мы не можем отлипнуть друг от друга даже за столом. На грани приличий: рука на плече. Подать бокал, потрогав пальцы. Стулья ближе друг к другу, чем изначально расставлены. Касаемся глазами, дыханием, даже голосами, когда шутим. Воздух такой густой, что хочется уплотниться самим, сжав изо всех сил руки друг друга, и смочь уже, наконец, дышать.

Елена Павловна устаёт принимать поздравления и отправляется пить лекарства и спать. Гости потихоньку разъезжаются. Мы, как семья, провожаем всех, и идём к своему водителю.

— Миш, а как вы смотрите на то, чтобы продолжить вечер? Время детское! — подлетает к нам Дима. Один.

— Куда мегеру дел? — спрашиваю я.

— Отправил домой, отговорился работой. Она злится за цвет костюма, так что я всё равно сегодня дома персона нон грата.

— У нас дома ты всегда — персона грата, — не знаю почему, но сегодня я не ощущаю его врагом. Ну, или я сейчас чувствую себя такой могучей, что мне ничего не страшно. — Поехали к нам, познакомлю с детьми.

— Больше племянников — богу племянников! — Димасик хлопает Лёху по спине, и мы забираемся в вызванный Мишиным секретарём лимузин, прихватив с собой шампанское и тарелку канапе.

По дороге звоню своим клюшкам: я выхожу замуж, блин! Димку, я может, и не боюсь, но, чтобы сказать об этом детям, мне нужна вся моральная поддержка мира.

— Море, сучка крашеная, ты бы хоть предупредила, что у вас вечерний дресс-код! Я вылетела к тебе навстречу, в чем была! В спортивках! — ворчит Наташа, оказываясь на коленях у моего будущего родственника. Знакомы? Ну ладно, не важно. Эта себя в обиду не даст.

— Не переживай, сейчас доедем до места назначения, и все остальные будут в спортивках, — успокаивает её Катя, подозрительно позвякивая сумкой. А эта — не даст никому протрезветь. Мы идеальная банда, да.

В квартиру вваливаемся уже не чопорными взрослыми со светского раута, а пьяненьким и хихикающим хулиганьем.

— Дети! У нас звездец! — громко кричит Ната. — Давайте праздновать!

— Злюка! Наши родители женятся! Смотри! — пасынок хватает меня за руку, демонстрируя кольцо. — Мой батя правда женится, прикинь?!

— Ох. Ре. Неть, — это Ира.

— Не рановато так сразу? — это Игорь.

— Да какая, в жопу, разница, рановато-не рановато?! — скидывает Лёша опостылевший пиджак и срывает галстук. — Пап, ты счастлив?

— Очень, — хрипит Миша мне в макушку.

— Море, ты счастлива?

Киваю, пытаясь снова не разреветься.

— Ну вот и всё! Основной вопрос решён! Остальное — технические детали! — шкет подпрыгивает, делает сальто в воздухе и приземляется на диван. — Злюка, вытаскивай всё из холодильника. Переодеваемся в домашнее и празднуем, поняли?