Книга Погребённый Князь, страница 87 – Евгений Ключников

Обречённых разместили в несколько поясов. Ближе всего к алтарю стояли ведьмы, жрецы почти вымерших старых культов и политические пленники. На их шеях висели железные ошейники с белыми печатями. Второй круг составляли преступники и должники. Дальше — больные, увечные, нищие и люди из приютов. Детей держали отдельно, у ступеней собора, под надзором монахинь. Их было меньше сотни. Некоторые плакали, а другие растерянно хлопали ресницами, не понимая, что будет дальше. Самые старшие стояли молча и лица их были похожи на лица взрослых людей, которым не хватило времени вырасти физически.

Северину казалось, что на площади разместили больше трёх тысяч жертв. Ещё больше десятка тысяч были зрителями. Толкотня длилась долго. Гул стоял такой, что Северин почти не слышал Нарушителя Цикла.

Но потом на балконе собора появился легат Варенций.

Не узнать его было невозможно — внешность Варенция впечаталась в сознание Северина так сильно, что даже тысячи лет забытья не смогли бы стереть ее оттуда. Легат был одет в торжественные одеяния белого цвета. Доспеха на нём не было, а в руках он держал серебряную чашу, похожую на ту самую чашу, куда собирали кровь князя во время его казни в городе Мёртвого Колокола. За легатом стояла столичная знать: королевские советники, епископы Церкви Белой Бездны и масса почтенных личностей. Однако, Короля среди них не было. Северин улыбнулся, понимая, что король не дурак и с погребённым князем должен разбираться тот, кто всю эту кашу заварил.

Король позволил Церкви творить это ужасающее жертвоприношение, но предвидел и иной исход. К примеру, появление Северина или, быть может, допустил и иное развитие событий: оголодавшая Бездна может кинуться и на тех, кто ее накормил.

Столичные колокола замолчали. Варенций поднял чашу над головой. Рукава его мантии спустились практически до плечей и Северин заметил, что легат был физически крепок.

— Люди Эрелона! — воскликнул легат, и каждый слышал его — тому способствовали специальные магические хитрости, устроенные церковью для произнесения регулярных речей на площади. — Мы столкнулись с могучим врагом! Враг этот поднялся из могилы, нарушив всякий естественный порядок вещей! Тот, кто должен был упокоиться, отверг милость смерти и обратился против всего живого мира. Он крадёт ваши души, души ваших близких и друзей. Он запирает их в своём колдовском инструменте, противном природе не меньше, чем он сам! Он собирает мёртвых, чтобы построить царство, в котором никто и никогда не узнает, что такое покой и милосердие!

Толпа загудела от негодования. Северин стоял между торговцем свечами, который притащил свой товар даже сюда, и старым кожевником. Ни один из них не заметил, как под капюшоном его появилась злая улыбка.

— Белая Бездна не заставит вас страдать, — продолжал легат, — она потребует от вашей души только покоя. Мы живём по закону нашей Церкви и Короны! Поэтому то, что было похищено, должно быть возвращено. То, что заражено ересью, должно быть очищено. Сегодня эти люди примут конец!.. но не как преступники! Они примут свой конец как живой щит Эрелона, они защитят каждого из нас и умрут во искупление наших ошибок!

Толпа стала кричать:

— Милость Бездне! Конец — это милость!