Онлайн книга «Цена верности»
|
«И что она делает там? Не иначе, играет в косынку?», — про себя усмехаюсь. Окунев делает круг. Уже третий по счёту! Заинтересованно трогает всё: большую монстеру в углу, проверяя, жива ли. Корешки многочисленных книг, проверяя, настоящие они, или нет. Подойдя к вазе с конфетами, берёт наугад. Возвращается, плюхнувшись возле меня, говорит: — Пососи! Я смотрю на конфету, зажатую в пальцах. Вишнёвая вроде бы? Злость пробирает насквозь. Выхватив, метко швыряю сосульку ему в физиономию. Попадаю в его длинный шнобель. В него трудно не попасть! Можно даже не целиться! Выдаётся вперёд так, что слепой не заметит. Окунев шумно пыхтит, опускает глаза на конфету. Теперь та лежит у него на коленях. И снова на нём эти брюки дурацкие, узкие! Как же я ненавижу их все… Стоит мне отвернуться, как он, навалившись всем телом, стремительно лезет ко мне в ворот кофты. Рука, как змея, проникает в мой лифчик. Я извиваюсь под ним: — Прекрати! Но он уже сжал одну грудь. Да так больно… Секретарша, поднявшись на шум, возникает над стойкой: — У вас… всё нормально? — изучает она нашу парочку взглядом. Он кивает: — Да, да! Более чем, — и с довольным лицом возвращает свой зад на диван. Выпрямляюсь и чувствую… Что это? Вроде как в лифчике что-то мешает. Пытаюсь нащупать сквозь кофточку. Но секретарша теперь не спускает с нас глаз. Очевидно, решила, что он собирался меня задушить? Что у нас всё настолько запущено? «Вот же гад», — ненавистно кошусь на него, осознав, что он бросил мне в лифчик. Конфету! Угораздило выбрать сегодня «нарядную» кофту. Вот надела бы я водолазку. Чёрта с два он тогда бы сумел… За стойкой ресепшена что-то пиликает. — Прошу! — говорит секретарша. Рома встаёт, протянув мне ладонь: — Вашу ручку, мадам? — произносит. Поднимаюсь, отвергнув сей жест. — Клоун, — цежу я сквозь зубы. Иду впереди. Секретарша за стойкой вежливо нам улыбается. А Окунев, гад! Скорее всего, уже «лайкнул» её? Итак, мы на приёме у психотерапевта. И не у абы кого! А у одного из самых востребованных в нашем городе семейных врачей-мозгоправов. А по совместительству — у старого друга супруга. — Здравствуйте, — произносит Егорка. Ой, простите! Егор Аристархович Мазуров. Худосочный очкарик с бородкой. Ну, прямо типичный психолог. — Ну, это комедия, ей богу! — говорю в потолок, — Егор! Ну, хоть ты не ломай комедию, а? Друг супруга, Егор, произносит предельно тактично и вежливо. Словно имеет дело с душевнобольной: — Я сейчас не Егор, я Егор Аристархович, ваш семейный психолог. И готов выслушать всё, что вы посчитаете нужным мне сообщить. Садитесь, пожалуйста! — он указывает нам на диван. — А ты здесь неплохо устроился, — оглядываю его кабинет. Просторно, светло. Ну, ещё бы! С такими-то окнами. Он принуждённо вздыхает: — Маргарита, садитесь, прошу вас! Чай, или кофе? — Мне бы водочки, — фыркаю я. Окунев тут же бросает: — А мне коньяку, без закуски! Егор Аристархович, поправив очки на носу, опускается в кресло. Оно у него деревянное. Правда, сидушка большая и мягкая: — Уважаемые Роман и Маргарита… — Ты нас разведёшь? — говорю я с надеждой, и на непонятливый взгляд добавляю, — Ну, просто твой голос похож на те, что обычно в Загсе звучат. Мы собрались здесь, чтобы… И бла-бла-бла! — Марго, перестань! — оживляется Ромка. Тема развода его сильно заводит. Хочешь вывести мужа, скажи про развод. |