Книга Игра в измену, страница 57 – Мари Соль

Он ещё пару мгновений сидит неподвижно. Затем рывком поднимается. И, не сказав мне ни слова, выходит из спальни, прикрыв за собой дверь.

Я выключаю настольную лампу. Лежу на боку и смотрю в глухую стену, на которой отражается оконный проём. Большим пальцем правой руки поглаживаю безымянный. На нём уже нет борозды от кольца. Как будто и не было.

Из глаз катятся слёзы. Я беззвучно глотаю их. Закрываю глаза, прерывая поток. Не хочу спать на мокрой подушке.

После нашего первого «эксперимента» шибари, Паша как будто забыл обо всём. По крайней мере, намёков на продолжение с его стороны не поступало. Хотя я, сама не зная, зачем, регулярно задерживалась в студии.

Вот и в этот раз задержалась! И теперь уже Ася отчитала меня за излишнюю «трудоспособность».

— Отдыхать надо, Ань! Ты же так себя угробишь? И никакие мантры не помогут.

— Нормально всё, — улыбнулась я, — Просто такой период. Его нужно пережить.

Спровадив девчонок, я ещё немного времени отдаю на то, чтобы прибраться в зале. Отчётливо слышу, что в пивбаре кто-то есть. Сквозь стену шуршат и чертыхаются.

Я решаюсь на крайние меры. В конце концов, мы же соседи? Стучусь в «Пенный угол» со стороны подсобки. Паша открывает не сразу и предстаёт передо мной топлес, чем вводит в смущение.

Его тело не блещет обилием мышц. Он просто сам по себе очень крупный.

— Привет, — говорю, — Отвлекла?

— А! — машет он за спину, — Я тут приход разбираю. Входи!

И отступает, приглашая меня так по-свойски, как будто ждал, что я приду сама.

Вижу коробки. Половина из которых уже пусты.

— Мне тут новинка пришла, солёный лосось. Ела когда-нибудь?

— Ну, — я пожимаю плечами, — Кто не ел лосося?

— А такого не ела! Я тебе говорю! — Паша ныряет в коробку рукой и достаёт упаковочку, — Только его под пивко надо.

— Ты же знаешь, я пиво не пью? — напоминаю.

— Знаю, знаю! — подмигивает Паша, — Я для тебя тут припас кой-чего. Квас называется. Слышала?

— Квас? — удивлённо поднимаю брови, — Квас я люблю.

— Ну! — самодовольно ухмыляется Пашка, — Иди сюда, я тебя угощаю!

Мы пьём. Он — безалкогольное, а я квас. И дегустируем всё, что ему пришло сегодня. Солёные крекеры, сыр и того самого лосося.

— Скажи, вкусно? — интересуется он.

— Очень! — одобряю, жуя.

— На, вот, — суёт Пашка мне целых три упаковки закусок, — Детвору свою угостишь.

— Ой, так не честно! — упрекаю шутливо.

— Почему?

— Ну, а мне тебя нечем угостить, — говорю.

— Ну, — почёсывает он вспотевший затылок, — Есть у меня одна мыслишка, — поигрывает бровями.

И, хотя он накинул футболку, но мозг мой всё равно запечатлел его торс во всей первозданной красе.

— Ты как, кстати, после верёвок? Синяков не осталось в тот раз? — хмурится он.

— А…, - я теряюсь от того, как резко он сменил тему, — Нет! Всё отлично.

— Ну, и хорошо, — кивает Пашка, исчезнув за прилавком, — А то я тут задумал такое…

— Что? — пугливо кошусь на него, когда он «выныривает» обратно.

— Нет, только если ты не против. Если против, скажи, не юли! Всё должно быть с согласия.

В его руках снова вижу верёвку. Теперь уже целых два мотка, один знакомый мне, красный, и чёрный, как будто потолще.

Сглатываю и ощущаю, как по телу пробегает волна незнакомого страха. Томления! Слабость и что-то ещё… Чему я пока не могу дать объяснение.