Книга Игра в измену, страница 29 – Мари Соль

— Ну, — я пытаюсь звучать уверенно, хотя это очень сложно, — Просто решили немного отдохнуть друг от друга.

— Отдохнуть? — это слово не нравится Максу.

Он всегда был такой. Прозорливый, внимательный! Ничто не ускользало от его взгляда. Ему бы психологом быть, а он хочет по отцовским стопам, на архитектора учиться.

— Ну, просто у нас столько комнат, а мы спим в одной, — усмехаюсь я, — Разве не глупо?

— Не глупо, — отрицательно машет Максим, — Вы же муж и жена, эт нормально!

— Всё хорошо, Максиш, — пытаюсь я успокоить сына. Но с ним не так просто, как с Ванькой. Это того погладишь по голове и приголубишь, а он и рад. А Максиму нужны объяснения.

— Мам, — подаётся вперёд, — Ну я ж не ребёнок, я же вижу! Вы даже общаетесь, как… я не знаю. Как не родные.

Я судорожно втягиваю в себя воздух и задерживаю его внутри, перед тем, как выдохнуть. У нас с Максом особая связь. Наверное, потому, что я растила его с пелёнок, только сама, без чьей-либо помощи. И кормила грудью очень долго. А вот близнецы не хотели пить моё молоко. И приходилось их кормить смесями.

— Понимаешь, Максиш, — решаю я признаться сыну хоть в чём-то, — Отношения, они ведь тоже болеют, как люди. Бывает, что им нужно время, чтобы выздороветь.

Макс сглатывает и проводит рукой по лицу:

— Блин! Я могу чем-то помочь?

Кажется, я хотела его успокоить? А только сильнее напугала.

— Нет, родной. Просто будь рядом, — тяну к нему руки.

Он позволяет нашим пальцам сплестись и почувствовать близость друг друга. Тепло. И спокойствие. Которого мне так не хватает сейчас…

Я закрываю глаза. Макс встаёт и обнимает меня за голову. Я утыкаюсь лицом в его пахнущую порошком футболку.

— Я рядом, ма, — говорит он и гладит меня по волосам.

— Всё наладится, правда, — говорю ему. Хотя сама уже не верю в это.

Но вот первый этап и пройден. Сын в курсе, что у нас с Димкой кризис. Осталось донести эту мысль до младшеньких. Хотя, навряд ли они будут столь же отзывчивы. Особенно, Машка.

Машка держит бойкот против матери. Против меня! Уже который день подряд длится её молчанка. Демонстративно она игнорирует все мои поползновения в её адрес. Ест, уныло ковыряя в тарелке. Ничего не говорит. А перед сном отворачивается спиной раньше, чем я захожу пожелать им спокойной ночи.

Ну, конечно! Мать плохая. Не на отца же ей сердиться? И уж тем более, не на Людмилу.

Кстати, я звонила этой змее. Всё пыталась выудить у неё подробности того, что она сказала моей дочери. Почему Машка после той сцены в детском саду так на меня ополчилась.

Но Люда ситуацию не прояснила. Слёзно уверяла меня, что кроме объятий и заверений в том, что она её любит, она ничего Машке не сказала. Хитрая стерва!

Ну, конечно! Кто же теперь скажет правду? Правда разрушительна. Как тайфун, который уносит с собой всё, нажитое непосильным трудом.

Мне кажется, что наш фундамент дал трещину. Но не именно сейчас. Он дал её давно. Просто я так увлеклась своей жизнью, своей свободой от детей и от быта. Я так хотела что-то из себя значить!

Парадоксально, но ведь это именно Люда посоветовала мне открыть свою студию йоги. Я помню, как учила её асанам. А она не могла понять, как у меня получается, сохранять равновесие, стоя на одной ноге и с закрытыми глазами.