Книга Измена не худышки. Отпусти меня, босс!, страница 40 – Авелина Атталь

Я смотрела на Иру и чувствовала, как внутри поднимается холодная волна.

— Ты готова рискнуть? — спросила я. — Если Оливия поймёт, что ты её подставила, она уничтожит тебя.

— Она уже уничтожает нас, — ответила Ира. — Я просто хочу, чтобы она получила своё. И знаешь, что самое главное? Анна даже не пострадает. Мы всё оформим правильно после того, как Оливия подпишет бумаги. Я переведу её обратно на полную ставку до того, как она что-то заметит. А вот её имя останется в докладной. Как доказательство нарушения прав сотрудницы.

Я кивнула.

— Просто бесподобно!

Ира торжествующе улыбнулась. — Ты знаешь, что Оливия ненавидит, когда кто-то нарушает дресс-код. Особенно если это связано с тобой. Она воспринимает это как личный вызов. Мы используем это против неё.

— Как?

— У нас есть стажёрка Катя. Ты её знаешь — она пришла две недели назад из университета. Худенькая, длинноногая, с большими глазами. Робкая, старательная. Её легко напугать.

— Ира, — я нахмурилась, — я не хочу впутывать Катю. Она ничего не сделала.

— Она и не сделает, — успокоила меня Ира. — Мы не заставим её делать ничего плохого. Мы просто скажем Кате, что завтра у нас корпоративный день лёгкого дресс-кода — так решила новый начальник кадров (мы представим Оливию как нового начальника отдела, стажеры всегда путаются в структуре и редко знают в лицо руководство). Попросим её надеть красивое платье — не вульгарное, но яркое, с декольте. Чтобы она выглядела красиво и чувствовала себя уверенно.

— И что дальше?

— А дальше мы подставим её под взгляд Оливии. Я заранее скажу Оливии, что Катя — твоя «протеже» и что ты лично разрешила ей нарушить дресс-код. Что ты хочешь «насолить» Оливии и показать, что её правила больше не действуют.

Я замерла.

— Она поверит?

— Она давно ищет повод. Она ухватится за это как за доказательство твоей «некомпетентности». Увидит Катю в красивом платье — и сорвётся.

— Она вызовет Катю к себе. Начнёт кричать при всех. Унижать её за внешний вид. Скажет, что такие, как она, не должны работать в серьёзной компании. Пригрозит увольнением. Может даже назвать её «некомпетентной малолеткой» или «вызывающей девицей». Я запишу всё на диктофон.

— А Катя?

— Я предупрежу Катю за день. Скажу, что может произойти неприятный разговор, но если она выдержит, я переведу её в другой отдел — к хорошему наставнику, на более интересную работу. Катя согласилась. Она тоже видела, как Оливия унижает людей. Ей не нравится эта женщина.

Я смотрела на Иру, и внутри меня боролись два чувства: желание мести и жалость к Кате. Но я понимала: Катя — взрослый человек. Она делает выбор сама. А Оливия заслуживает того, чтобы её остановили.

— Мы можем запустить оба варианта одновременно, — сказала Ира. — С Катей — чтобы зафиксировать её токсичное поведение. С Анной — чтобы доказать, что она нарушает трудовые права сотрудников. Если Роман увидит два документа — о публичном унижении и о превышении полномочий, — он не сможет закрыть глаза.

Я помолчала. Потом подняла глаза на Иру.

— Давай сделаем это.

Она улыбнулась, но в её улыбке не было радости. Только холодная решимость.

— Тогда завтра всё начнётся.

Утро началось с того, что я пришла на работу на час раньше обычного. Внутри всё кипело-от предвкушения, от страха, от злости, которая копилась неделями. Ира уже сидела за своим столом и что-то печатала, когда я вошла. Она подняла на меня глаза и коротко кивнула.