Онлайн книга «Новогодний скандал: инструкция по выживанию для виноватых»
|
Планку срывает и Гриша бьет еще и еще. Малосольный изо всех сил пытается ему ответить или хотя бы вырваться, но это и так было невозможно, учитывая разницу в их физической силе и телосложении, а когда у него от лютой ярости, ревности, безудержной дури вместо здравого смысла просто напросто слетает крыша и подавно. — Такую “судьбу” устрою, что отпевать тебя, уебок, придется! На части разорву! Хлебало твое, которым ты мою… МОЮ ЖЕНУ, гнида, — орет во всю глотку, жестко встряхивая за одежду болезненно стонущего в голос Айдара, который повисает в его руках, как тряпичная кукла. — …целовал, сожрать тебя же заставлю! А лучше, блядь, бродячим собакам скормлю! — Гриша! — верещит испуганно где-то поблизости жена. — Отпусти его! Отпусти-отпусти-отпусти! Но он не слышит. Не думает. И силы больше не отмеряет. И задыхается… Зверем ревет что-то, что сам не осознает, движимый лишь одним желанием — уничтожить, в клочья порвать, наказать. Видит перед собой только как это ничтожество радуется их проблемам, как его Дилю обнимает, как губами своими ебучими к ней прикасается, а в мыслях взрывающим перепонки “это конец” ее голосом. Это конец… Это конец… Это конец…. И он наверняка бы точно для Рымбаева через пару минут настал, не оттащи его, выпрыгнувшие из дома на Дилин крик братья в сторону. — Гриха, тихо! Тихо! Харэ! — хрипит от натуги Игорь, пытаясь его удержать. — Все! Еще один удар и он ляжет, не встанет больше! Оно тебе надо?! — Да я его из него фарш сделаю! Мне похуй! Убью тварь! Выпутывается из их хватки, расталкивая от себя, и снова рывком дергается к Рымбаеву, отчего тот в паническом страхе отбегает назад, запинается о свои же ноги и валится на снег, ошалело смотря на него с четким пониманием, что, да, прав Игорь, не встанет он больше, если Гриша до него дорвется, но в последний момент, буквально в шаге от него, братья успевают своего старшего перехватить и оттащить снова. — Отпустите! Отпустите, блядь, сказал! Но младшие свою первую ошибку не повторяют и держат его стальным хватом. Выбежавшие на шум во двор женщины визжат. Диля, спустившись по стеночке на пол, плачет навзрыд, что отдает ему по нервным окончанием нестерпимой болью. — Да за какие ты мне грехи-то послан, Кобелев?! Что я такого сделала, что Всевышний послал мне тебя? — горько всхлипывает между рыданиями. — Я же просто тебя любила, а ты… Ты…. — А я нет, по-твоему?! — взревев раненным зверем, безуспешно дергается уже к ней, но не с целью причинить боль, а чисто на инстинктах, просто потому что иначе не может. — Нет?! Поэтому решила с этим ссыклом зажиматься втихую? Это твоя ответка, да, Диль?! — Мы просто говорили и… На террасу последними выбегают Тагаевы-старшие. Алия, увидев плачевное состояние Рымбаева, с визгом, оскорблениями и проклятиями в Гришину сторону тут же кидается к нему, а тесть наоборот на подмогу братьям-Кобелевым. — Сына, ты че? — хватает его за щеки, вынуждая посмотреть на себя — бледного и не на шутку встревоженнего. — Тихо, успокойся, слышишь? Детей напугаешь! Дилька уже в истерике вся! А ну возьми себя в руки и… — Говорили?! Говорили?! — не замечает его усилий он, не отрывая воспаленных глаз от жены. — Да в гробу я видал такие разговоры, блядь! — А че такова? — возвращает она ему его же слова, с помощью Аси поднимаясь на ноги. — Я же с ним не трахалась! — ломано смеется, захлебываясь от слез. — Это же ничего не значит, если по твоей парадигме жить, Гришенька! |