Книга Новогодний скандал: инструкция по выживанию для виноватых, страница 46 – Полина Раевская, Мария Абдулова

Оказывается, жалить в ответ очень приятно. Будто тонну обломков, осыпавшихся на голову, скидываешь.

А что будет, если все-таки получить сатисфакцию? — проскакивает шальная мысль на волне зловредного веселья.

Что ни говори, а видеть, как Кобелеву перестает, наконец, быть скучно — это прямо то, что доктор прописал. Хочется наматывать эти нервы— канаты на пальчик и дергать в разные стороны, чтобы вспоминал свою предсказуемую, покорную, верную Дилю и жалел, жалел, жалел до конца своих дней.

Словно в ответ на ее мысли, как только Кобелев собирается что-то сказать, в комнату врываются близнецы и объявляют радостным криком:

— Мама, там дядя Айдар приехал!

Сказать, что это сюрприз — не сказать ничего. Айдар вообще-то не собирался приезжать в ближайшее время в Россию. Диля надеялась, что ничего не случилось, но честно признаться, была как никогда рада его появлению.

— Да? Отлично, — тянет она с довольной улыбкой и, переведя взгляд на взбеленившегося Кобелева, бросает детям. — Пойдемте встречать.

Она хлопает в ладоши и подгоняет близнецов к выходу, но не успевает сама подойти к двери, как Кобелев хватает ее за предплечье и дергает на себя.

— Ты его сюда позвала? — рычит он едва слышно, глядя на нее сквозь дикий, хищный прищур.

У Дили по коже пробегает мороз, но вместе с тем в груди разливается сладко-пьянящее удовлетворение.

— Нет, Гульнара, наверное, подсуетилась и очень вовремя, — парирует она с издевательской ухмылкой. И будто этого мало, подавшись вперед, выдыхает прямо в лицо звереющему Кобелеву. — Наблюдай, Гришенька.

Да он этого “дядю Айдара”…!

Гриша открывает рот, чтобы выдать своей ненаглядной очередную честную тираду насчет “встречать” и тем более “наблюдать”, но слушать его, конечно же, никто не собирается. Диля, эффектно взмахнув волосами, разворачивается и в обнимку с близняшками идет вниз, где людей после недавнего замеса между ею и Геркой значительно поубавилось и осталось лишь старшее поколение, но тише от этого не стало.

Мама с тетей Наташей и тетей Леной стоят у лестницы, встречая нежданного гостя, а тесть с тещей и вовсе чествуют его как родного.

— … дорогой, какой же ты! — восхищается Алия во весь голос. — Как же мы тебе рады! Молодец, что приехал! И правильно сделал! А Гульнара какая умница, что отправила тебя к нам….

Он морщится. Откуда столько, блядь, восторга, интересно? Как сына единственного, которого у нее никогда не было, облизывает, честное слово! За всю жизнь Диларке и доброго слова не сказала, одни претензии да укоры, этому Малосольному же чуть ли не красную дорожку выстелить готова, а того глядишь и сама ковриком расстелиться.

— Да, Айдар, добро пожаловать, — Карим в отличие от жены столько радости не испытывает, но по своему обыкновению приветлив и добродушен. — Заходи-заходи, не стой на пороге. Рассказывай, какими судьбами в родных пенатах? Дилара вроде говорила, что ты прочно у арабов засел и в ближайшее время возвращаться не собираешься.

— Дядя Айдар, мы маму с папой привели! — в голос оповещают дети и, отпустив руки жены, первыми врываются в тусовку в прихожей.

Тагаевы оглядываются, расступаются, ловят их и только после этого глаза цепляются за того, кого Гриша не видел уже давненько и, признаться, не видел бы еще столько же, а желательно всю оставшуюся жизнь.