Книга Новогодний скандал: инструкция по выживанию для виноватых, страница 34 – Полина Раевская, Мария Абдулова

— Что это с ней?

— Да работы просто много было, перенервничала с этими открытиями, — врет Кобелев, как дышит, что вызывает дикое желание выбежать в лес и от души проораться, как советуют во всяких рилсах.

Но Диля лишь со всей дури, хлопнув дверьми, врывается в выделенную им спальню и не замечая ни вида из панорамного окна на лес, ни красоты убранства комнаты, декорированной к Новому году гирляндами, небольшой елкой в углу, свечами и прочей атрибутикой на стенах, меряет шагами пространство перед кроватью, что, собственно и вывела ее из равновесия.

Будь она проклята вместе с Кобелевым, который, конечно же, легок на помине.

Заносит чемоданы в комнату, и глядя на нее, застывает неловко и мнется, прежде, чем выдать нелепое, доводящее Дилю до белого каления:

— Слушай, Диль...

— Нет, это ты послушай! — шипит она, подскочив к нему почти вплотную. — Я не знаю, на что ты рассчитывал, когда мы окажемся в одной спальне. Но если ты только попробуешь… только посмеешь коснуться меня после этой шалавы, я клянусь, я такой скандал учиню, что нынешний тебе цветочками покажется, ясно?!

Кобелев, побледнев, явно офигевает, но выдерживая ее яростный взгляд, кивает.

— Ясно, Диль. Не волнуйся, не трону, если ты так переживаешь…

Он усмехается, не договаривая, но Диля сразу понимает, на что намекает, и оторопь берет.

Какой же он самоуверенный козел! Да ей противно дышать с ним одним воздухом, не то, что близость.

— Я не переживаю, ты просто мне омерзителен, — выплевывает Диля, дрожа от ярости. — И обещаниям твоим грош цена. Помнится, ты мне уже однажды говорил, что не тронешь, а в итоге что?

Тринадцать лет назад

— Слышала, Скударнов в больницу попал?

— В с-смысле в больницу? — спрашивает Диля, ошарашенно глядя на Айдара.

— Говорят, избили. Пока разбираются, что там к чему, а нам на замену Иваныча поставили. Аминь, блин! Я бы у этого упыря точно не сдал на четверку! — делится Айдар бесспорно радостной для всех новостью, а уж для Дили так и вовсе, вот только радости у нее никакой.

Когда она рассказала обо всем Грише, пожалела сразу же, понимая, что тот может выкинуть какую-нибудь глупость, в результате которой ее наверняка ждет отчисление, а его — и вовсе срок.

Однако, следующие несколько дней ничего не происходило, и Диля, немного успокоившись на эту тему, стала думать, как ей все же решить вопрос со Скударновым самостоятельно. Соглашаться на его мерзкое предложение она, конечно же, не собиралась, но и устраивать скандал на весь университет было страшно. Теперь же, с одной стороны, как и всякой девушке, ей было приятно, что любимый парень сдержал свое слово, но вот, чем это теперь обернется — вопрос.

Весь день Диля была, как на иголках. Думала о предстоящих разбирательствах, наверняка судах и возможных последствиях, как для себя, так и для Гриши. К моменту, как он приехал за ней, она накрутила себя так, что трясло всю от ужаса.

— Привет, жизнь моя, — затушив недокуренную сигарету и, расплывшись в счастливой улыбке, спешит Гриша обнять ее, стоит только подойти.

— Привет, — не может Диля не улыбнуться в ответ, наполняясь, как и каждый раз при встрече радостью и томительным предвкушением.

Уткнувшись носом в ворот потрепанной куртки, чувствует запах сигаретного дыма, стирального порошка и бальзама после бритья, и впервые за день дышит полной грудью, обнимая, будто в последний раз. Сейчас ей плевать на то, что на них с Гришей направлены удивленные взгляды сокурсников и ошарашенный Айдара, которому она до сих пор ничего не рассказала толком, боясь, что дойдет до родительских ушей. Но преследовавшая ее весь день мысль, что ничего хорошего их с Гришей не ждет после этой истории со Скударновым, оттесняет неловкость, смущение и все запреты на второй план. А уж стоит, сев в машину, заметить у Гриши сбитые казанки, и вовсе все становится неважным.