Книга Бывший на Новый год, страница 112 – Мария Абдулова

От такой простого и очевидного открытия, которое у неё получилось сделать только сейчас, Марина едва не свалилась со стула и с опозданием заметила появившуюся на кухне подругу. Заторможено взглянув на неё, затем на часы, показывающие пять часов утра, и снова на неё, заметила, что взвинченная чем-то и растрёпанная Варя, обычно любящая поспать подольше, стояла напротив, полностью одетая, будто приготовилась на выход. Особенно на это намекали сумки с вещами, стоящие у её ног.

— Ты чего тут в такую рань делаешь, Мариш? — спросила она, нервно заправляя волосы за уши и пряча… Следы поцелуев на шее?

Это что же между ней и Гордеем случилось, пока их не было? Хотя, да, глупый вопрос.

— Сижу, думаю. А ты?

— А я… — подруга невесело усмехнулась и опустила слегка красные глаза на ключи, которые держала в правой ладони. — А я кажется глупостей наделала.

— Варьк…

Степанова приподнялась, намереваясь подойти к ней и успокоить, но та остановила её покачиванием головы, мол, сама виновата, не жалей меня.

— Ты не передумала? Не поедете с Лёвчиком ко мне?

— Нет, мы остаёмся с Булатом, — ответила твердо и, только услышав свой голос, осознала, что приняла решение для себя, но никаких сомнений или, не дай Бог, сожалений по этому поводу не чувствовала. Лишь непрошибаемую уверенность, которой у своего мужчины похоже успела заразиться — А ты что… — кивнула на сумки у её ног. — Уже хочешь уехать? Ты же вроде бы позже собиралась.

Варя, в каком-то странном отчаянии принявшись кусать губы, кивнула и тихо сказала:

— Да, хочу.

— Почему?

— Не могу… — подняла на неё грустный и усталый взгляд. — Сложно мне, Мариш. И врозь с ним быть, и вместе. Тяжело…

Марина, ощущая её переживания как свои, но не зная чем помочь, тяжело вздохнула. Так хотелось, чтобы и она, и Ярый, и, вообще, все, кто давно этого заслуживал, были счастливы, но, к сожалению, не обладала такими возможностями. Сама вон чуть себе всё не испортила… И почему в школе не выдают пособие к взрослой жизни, а учат геометрии с алгеброй, интересно? Скольким бы оно помогло! Сколько людей от ошибок уберегло! Сколько сердец спасло, в конце концов! Но, нет же, теорема Пифагора и Виетта важнее! Или последнее не из алгебры? Хотя какая разница, когда тут ТАКОЕ творится?

— А Гордей? — аккуратно поинтересовалась Степанова. — Он… В курсе твоего решения?

— Нет, конечно. Иначе не отпустил бы.

— Я… Даже не знаю, что сказать, если честно, Варюш.

— Ничего не говори. Лучше пообещай, что будем на связи, проводи до машины и обними на прощание.

Сделав так, как попросила подруга, и дождавшись, когда её машина скроется за поворотом, тем самым, к которому кидали ботинок Гордея, вернулась в дом. Прошлась по кухне. Поправила стул и сполоснула за собой кружку. Остановилась у окна, смотря на своё отражение в нём. Всё-таки в её возрасте так рыдать уже было протипоказано. Видок такой, будто пчёлы покусали. Как от неё такой «красавицы» Булат сам не сбежал?

Стоило только ей об этом подумать, как с лестницы послышались быстрые шаги. Булат. Узнала бы его из тысячи.

Сбежав на первый этаж, мужчина стремительно пронёсся мимо по коридору, словно на пожар опаздывал, в сторону комнаты, в которой она уложила вечером сына, и Марина уже собралась было его окликнуть, как он, судя по каменным плечам, напряжённый донельзя, остановился сам, резко развернулся и также стремительно направился к ней.