Книга Папа из пробирки, страница 16 – Ева Коши

— Я просто хочу быть уверен, что мой… то есть семья не нуждается и ребёнок будет расти в достатке. Помочь, если нужно.

— Но ты понимаешь, что…

— Я понимаю, - понимаю, что не смогу заявить свои права, что не смогу стать ребёнку отцом.

Всю ночь я думал об этом. Старался встать на их место. Будучи бесплодным сам, прекрасно их понимал. Но просто так оставить это не смогу. Хотя бы на расстоянии буду помогать и знать, что мой ребёнок не нуждается. Я столько баловал племянников, а тут мой собственный ребёнок.

Он кивнул.

— Спасибо, друг, - знаю, что ему можно доверять.

— Пока не за что, Марат.

Когда Валера ушел, я облегчённо вздохнул. Оставалось только ждать.

Дни шли, он молчал. За это время я так привык к мысли, что родится мой ребёнок, что по другому уже не мог воспринимать.

Через пять дней не выдержал и позвонил.

— Если ты надеешься, что я умру от ожидания и тебе не придётся находить инфу, то ошибаешься. Что там у тебя?

— Вечером я приеду, - сказал Валера и отключился.

И он действительно пришёл и выложил то, что узнал.

— В России, именно Ивановых Алин, я нарыл более полутора тысяч женщин. Из них шестьсот семьдесят три в возрасте от восемнадцати до сорока пяти. В их числе только сто шестьдесят семь беременных, а с таким сроком – тридцать семь женщин. Из этих тридцати семи женщин только восемь забеременели искусственным путем. Причём пятеро – через ЭКО, и только три женщины прибегли к внутриматочной инсеминации. Среди них только одна прошла эту процедуру семнадцатого января этого года.

Я слушал затаив дыхание.

— Это ещё повезло, что девушку зовут Алина, а не Татьяна. Ну? Впечатляет? – лыбится друг.

— Ты правда её нашёл?

— Нашёл, Марат. Можешь выдохнуть.

— Что ещё? – понимаю, что одним адресом он не ограничился.

— Девушке двадцать семь лет, высшее образование, работает медиа-дизайнером в крупном рекламном агентстве. Не судима, в криминальных кругах не засвечена.

— Семья?

Валера улыбается.

— Не замужем… и не была. Других детей нет. С подозрительными личностями не водится. На данный период жизни мужчины нет.

Я невольно улыбнулся. Новость пришлась по душе. Пока не знаю почему, но то, что это мать-одиночка стало для меня облегчением.

— И самое интересное… Она живёт недалеко от тебя, - улыбается он.

— В смысле?

— Она отсюда.

Внутри такое ликование и эмоциональное возбуждение, что могу только восторженно хлопать глазами. Валера все понимает и улыбается.

— Я даже знаю где она живёт и где находится в данный момент… Хочешь увидеть?

Не могу скрыть удивления и любопытства.

— Когда я сюда ехал, она собиралась в цветочный магазин на соседней улице, - сообщает Валера, как будто не заинтересован моей реакцией.

— Откуда ты… - но потом понимаю, что это же Валера и улыбаюсь, а он гордо задирает подбородок. – Поехали…

Водитель остановился на противоположной стороне дороги, на которой расположен магазин.

— Вон, - кивает рядом сидящий опер.

— Это она?

— Да, Марат Дмитрич, она.

— Ты абсолютно в этом уверен?

— В общем, да… то есть, абсолютно уверен.

Сидя в тонированном авто, смотрел через дорогу на девушку, стоящую на крыльце цветочного ларька с горшочком комнатных роз.

— Красивая девушка. Детё получится очаровательным, - отвлекает Валера.

До его замечания я и не вглядывался в лицо девушки, а смотрел на её достаточно заметный животик. В лёгком светлом платье ниже колен, с собранными волосами она стояла на последней ступеньке на выходе из магазина. Решение внезапно само пришло в голову.