Книга Другая сторона Элис, страница 58 – Кристен Леро

Я посмотрела на него, когда он уложил меня на диван и навис надо мной.

На шрам над его левой бровью.

Закрыла глаза.

Он входил медленно и я выдохнула, когда вошёл полностью. Он замер. Прижался лбом к моему лбу. Дышал тяжело. Его сердце билось близко, прямо над моим.

Потом начал двигаться.

Медленно. Глубоко. Каждый раз плавно и уверенно. Я обхватила его руками за спину и притянула ближе, мне нужно было, чтобы между нами не было пространства, совсем. Его грудь прижималась к моей. Его бёдра касались моих при каждом движении.

Я не думала.

Что-то во мне, что привыкло держаться, держать дистанцию, знать где край, разжималось. Медленно. Почти болезненно. Я чувствовала это физически — в груди, в горле, в том как сжимала его спину руками.

Он опустился и поцеловал меня. Глубоко, горячо. Я потянулась к нему, обвила руками его шею.

Его рука скользнула между нами. Пальцы коснулись меня, точно, и я тихо выдохнула ему в губы.

— Моя, — выдохнул он.

Я сильнее прижала его к себе.

Он двигался. Глубже, ритмичнее. Целовал мою шею, плечо, возвращался к губам. Иногда просто прижимался лбом к моему и смотрел мне в глаза. Пока входил в меня медленно и глубоко.

Я не отводила взгляда.

Когда это накрыло меня — я прижалась к нему всем телом и задрожала. Его движения стали глубже — несколько раз — и он тихо, почти болезненно выдохнул и расслабился, тяжело дыша мне в шею.

Не отстранился.

Остался лежать. Горячий, тяжёлый. Тихо целовал моё плечо, шею — не переставал. Я медленно гладила его по волосам, по спине.

Я не знала как называется то, что происходило со мной.

Знала только, что не хочу уходить. Что хочу лежать вот так — в темноте, в тепле его тела — и не держать ничего. Просто быть здесь.

Он поднял голову и посмотрел на меня.

У меня защипало в глазах. Я не поняла почему. Просто что-то в его взгляде. Что-то для чего у меня тоже не было слов.

Он поцеловал меня тихо. Без спешки.

Я не отстранилась.

Позже, много позже, он спал.

Его рука лежала у меня на плече. Тяжёлая, тёплая. Дыхание глубокое, впервые за всё время, что я его знала, по-настоящему спокойное.

Я смотрела в потолок и не спала.

Это он.

Я не плакала.

Потому что если начну, не остановлюсь. Потому что слёзы — это роскошь, которую я не могу себе позволить этой ночью. Когда всё уже решено и завтра утром нужно встать и идти.

Три квартала до будки на углу Вабаш.

Том возьмёт трубку.

Я скажу: нам нужно встретиться. Сегодня.

Потому что без Тома нет операции. Без операции нет Моретти. А без Моретти, всё, что произошло этой ночью, всё, что он мне рассказал, всё что я поняла — станет просто ещё одной вещью, которую этот город проглотит и не заметит.

Его дыхание было спокойным.

Я осторожно накрыла его руку своей. Не убрала. Просто держала в темноте.

За окном Чикаго медленно светлел с востока.

«Утром», — сказала я себе. — Утром всё начнётся заново.

Его рука была тёплой.

Я не закрыла глаза до рассвета.

Он ушёл в семь.

Я слышала как он одевается, тихо, без лишних движений. Запонка. Пауза. Шаги к двери.

— Запри, — сказал он.

Дверь закрылась.

Я лежала ещё минуту. Смотрела в потолок. Слышала как лифт забирает его вниз, металлический выдох механизма, а потом тишина. Только город снаружи.

Я встала. Подошла к столу. Налила воды. Выпила ровно, методично, стакан за стаканом, как будто это могло что-то промыть внутри.