Книга Мой железный босс. Любовь вопреки, страница 59 – Анна Варшевская

Ну давай, Аврора. Поднимайся.

Ты ведь уже признала, что здесь — именно в этой ситуации — тебе не выиграть. Поднимайся, потому что сидеть на полу в коридоре, пока снаружи тебя караулит твой новоиспечённый «муж», — это уже какой-то слишком унизительно.

Опираюсь ладонью о стену и встаю. Ноги действительно подкашиваются, и мне на секунду приходится схватиться за тумбу, чтобы не поехать обратно вниз.

— Аврора, — раздаётся из-за двери его голос. Глухо, негромко, но всё равно с той же самой невыносимой уверенностью. — Не заставляй меня ждать.

Поворачиваю голову к двери и чувствую, как по лицу медленно расползается очень нехорошая улыбка.

— Тогда умри от старости на лестничной клетке! — отвечаю громко. — Всем будет проще! В первую очередь мне!

— Ты перегибаешь, — голос у него становится суше и холоднее.

— А ты как будто нет!

Голос у меня снова срывается на последних словах, и я сильно прикусываю себе язык. Не хватало ещё, чтобы он там решил, что я сейчас раскисну и открою ему дверь просто… просто потому, что мне сунули в нос бумажку с печатями.

К счастью — или к несчастью? — чемодан с прошлого вечера я так и не разобрала. Поэтому просто тащу его в прихожую. Возвращаюсь в спальню и переодеваюсь в лонгслив, джинсовый комбинезон, да ещё и сверху натягиваю толстовку. Понимаю, что выстраиваю себе броню из слоёв одежды, но мне в целом плевать, если это поможет чувствовать себя уверенней.

На автомате проверяю документы, старенький ноутбук, зарядки…

Если уж этот скот всё-таки дожал меня на то, чтобы ехать к нему, то делать это я буду не как покорная курица с сумочкой на локте. Поеду с таким лицом, что ему самому станет тошно!

Хотя кого я обманываю. Ему никогда не будет по-настоящему тошно от самого себя.

Вспоминаю вдруг, что заваривала себе чай. Тут же думаю: надо бы чайник выключить. Или я его выключила? Господи, Аврора, что ты за идиотка, он выключается автоматически!

Тупо стою посреди комнаты, пытаюсь сосредоточиться, но выходит с трудом. В конце концов, решив сделать уступку собственной трещащей по швам от напряжения психике, иду на кухню. Выдёргиваю из розетки все приборы, заодно выливаю остатки остывшего чая из кружки в раковину, потом опять иду через коридор в комнату.

В движении мне становится легче. Пока заняты руки, нет времени думать, что я совсем скоро окажусь в одном доме с Феликсом. И это после вчерашнего! После этого чёртова клоунского свидетельства о браке! После его шантажа!

Ненавижу.

Больше всего ненавижу в эту секунду даже не самого Феликса. А то, что он, сволочь, прав в том, что я сейчас не справлюсь одна. И сестрой рисковать не могу.

Именно в тот момент, когда прохожу мимо входной двери, слышу:

— Ты долго собираешься ходить туда-сюда? Открой дверь, я помогу собраться.

Я застываю на месте, потом разворачиваюсь к двери, которая так и приоткрыта на длину цепочки.

— Слушай внимательно, — говорю, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Ты в эту квартиру не войдёшь. Ни сейчас, ни через пять минут, ни вообще когда-либо. Ясно?

— Мы так и будем разговаривать через дверь?

— Тебя кто-то заставляет разговаривать? Лично я тебя слушать не хочу. Стой и молчи.

— Ты ведёшь себя как ребёнок, — раздражённый голос.

— А ты как насильник, который почему-то решил, что жениться на мне без моего согласия — прекрасное решение любых проблем. Так что, видимо, у нас обоих не лучший день.