Книга Мой самый лучший, страница 27 – Елена Мартин

Обыграть… Чулки… Юбки… И главное — будущий зять генерального. У Тухманова всё так серьезно было с Алиной?

Как только дверь хлопнула, я вышла из кабинки и уставилась на своё лицо. Щеки пылали, а в глазах лихорадочный блеск.

Маня, ты опять ревнуешь? Кипишь просто от бестолкового разговора двух девиц?

Я сполоснула руки и провела блеском по губам.

— Успокойся, — бросила себе в зеркало. Поправив прическу, вышла в зал.

Тухманова за столиком не было, и я решила не присаживаться обратно за стол.

Повесив клатч на стул, я подхватила бокал с шампанским и вышла на террасу. Хотелось остудить и голову, и пылающие щеки, после того, как я стала невольным свидетелем экстравагантных советов. Вид с террасы был великолепен. Вся красивая парковая зона загорелась огнями и подсветкой.

— Вот ты где! — я обернулась на низкий голос Кирилла.

— Тебя не было, и я вышла подышать свежим воздухом, — его присутствие действовало на меня будоражаще с первых аккордов низкого голоса.

— Замерзнешь, — Кирилл, сняв пиджак, надел мне на плечи и встал рядом, опершись о деревянные перила.

— Спасибо, — я завернула борта пиджака один на другой и втянула запах мужского одеколона.

— А ты не замёрзнешь? — я пробежалась взглядом по фигуре Туманова.

В зале поплыли звуки медленного джаза, и Кирилл, перехватив мой взгляд на танцпол, выставил руку.

— Танцуем?

В середину зала вышла крашеная блондинка, которая бросила через проём на нас с Тухмановым едкий взгляд. Подозреваю, что это одна из дуэта, который обсуждал дресскод появления перед Кириллом.

— Я туда не хочу, — прошептала в ответ.

— А мы и не пойдём, — сильные руки в один миг обвили мою талию.

Я поставила бокал на перила и в ответ обвила шею Кирилла руками.

Тухманов увлёк меня подальше от проёма, в банкетный зал. Полумрак красивой террасы, дурманящий запах мужчины, звёздное небо, на котором рассыпались молчаливые свидетели нашего танца.

Об этом я мечтала всю дорогу, пока мы ехали в ресторан. «Солерн». Не удержавшись, погладила подушечкой указательного пальца его шею. Кирилл прижал меня сильнее, обжигая дыханием с легким хмелем, рождая в голове совершенно сумасбродные мысли. Я представила, как эти ладони, что лежали на моей пояснице, медленно поползли вверх по гладкому тяжелому шелку, и в чашечках моего бюстгальтера налитой груди стало тесно. Как и дыханию, которое стало тяжелым от моих эротических фантазий.

Эти руки я хотела бы почувствовать везде… На своей шее, плавно уходящие в декольте или на разрезе моего платья по фигуре. Я продолжала гладить его шею, слегка касаясь кожи, прижимаясь к его торсу грудью.

Тонкая белая сорочка и чёрное шёлковое платье были лишними.

— Маш, если ты будешь так и дальше делать, я тебя возьму прямо на перилах этой террасы, — голос с хрипотцой отозвался в каждой части моего тела.

— Возьму… На перилах этой террасы… — мысленно повторила.

— Может быть, я хочу этого, Тухманов, — слова дались с трудом.

Кирилл поднял мой подбородок и заглянул в глаза.

— Может быть? — переспросил Кирилл.

Я опустила его ладонь к высокому разрезу на платье. Мужская ладонь прочертила узор по ноге и остановилась на резинке чулок.

— Дальше, Кир, — прошептала, чуть раздвинув ноги.

Дальше было так томительно-сексуально, что я невольно сжала его плечи. Остановившись на промежности, пальцы мужчины, отодвинув тонкую преграду, нырнули внутрь меня.