Онлайн книга «Хозяин Деревни»
|
Придерживает. Выбираюсь. В свете уличного освещения бросаю взгляд на лицо снегурки, и в этот момент она жадно хапает губами воздух и распахивает свои глаза. Ореховые. Не карие, а именно ореховые. Светлые. Особенно в обрамлении черных ресниц. И п. здец какие испуганные. В следующую секунду малышка начинает выгибать и биться в моих руках. Не для виду. Отчаянно. Агрессивно. Так, будто я — маньяк, а она свою жизнь защищает. — Эй, тише! Тише! Мы не причиним тебе вреда, — пытаюсь ее успокоить и попутно не словить оплеуху по роже. Привыкший выхватывать детали разом мозг, отмечает и полную дезориентацию, и расфокусированный взгляд. А еще дикий страх и какую-то обреченность, пробуждающую что-то у меня внутри. — Хватит истерить! — а это уже Влад рыкает, решая помочь. Он ловит тонкую кисть в непосредственно близости от моей щеки, прижимает ее к телу, фиксирует женский подбородок, обхватывая пальцами, и заставляет девочку посмотреть ему в лицо. — Мы — не враги. Не дури! Да фиг там! Брюнетка будто не слышит, извивается сильнее. Еще и скулить начинает, как раненый зверек. Кукуха на вынос. Потряхивает. — Влад, не трогай, — велю начбезу, параллельно ставлю девушки на ноги. Но не отпускаю, прижимаю к себе крепче, поддерживая, чувствуя, как ее ведет, но больше стараясь защитить… от собственного подчиненного. Зашибись, инстинкты проснулись. Обнимаю хрупкое тело обеими руками, поглаживаю по спине, волосам и охреневаю от того, какая же малявка сейчас находится в моих руках. Невысокая, тощая, но фигуристая. Даже через бесформенную куртку ощущаю ее пышную грудь. К месту, ага! Звездец, Гольдман, тебя кроет. Что дальше? А дальше обоняния касаются цветочные духи. Легкие, едва ощутимые. И ещё что-то манящее, дурманящее именно внутреннее чутьё, не рецепторы даже. И эти ощущения настолько непривычны и новы, что на доли секунды теряюсь, чтобы уже в следующую грязно выругаться. — Тш-ш-ш, не дерись, — горячим дыханием касаюсь темноволосой макушки. Снегурка вскидывает голову, смотрит дико, как загнанный в ловушку зверек… но не отталкивает больше. Жмется сильнее, будто тепло ищет. Мля… Зима, Берт! Мозги включай! — В дом пойдем, — говорю негромко, стараясь не напугать, и ловлю непонимание и очередную волну страха. Вглядываюсь в разводы крови по щекам, тянусь к волосам, убираю их за ухо… — Ссука! Грёбаный городовой! Влад, она реально не слышит, — шиплю сквозь зубы. Не хочу, чтобы девочка прочитала по губам и догадалась, какой я матерщинник. А вот желание не просто разобраться, что на дороге произошло, но сделать это в максимально короткие сроки — прогрессирует. — Найди всё что можно и нельзя по аварии, — рыкаю и тянусь к карману. Вынимаю телефон и, попеременно то, благодаря, то проклиная Т9, набираю текст: «Ты в безопасности. Это мой дом» Сую снегурке под нос и, заметив, что прочитала, указываю в сторону крыльца. — Пойдешь? Вижу, как подрагивают влажные ресницы, как беспокойный взгляд мечется от моих людей во дворе в сторону входной двери, и легко считываю вздох облегчения на слегка порозовевших губах, когда та самая дверь распахивается, а на пороге возникает Серафима в своей любимой меховой жилетке поверх халата и валенках. — Альберт Янович, доброй ночи. Я всё сделала, как велели. Кровать чистым бельем застелила, воду в ванну набрала. А вы чего ж тут мерзнете? |