Книга Второй шанс для разгильдяя, страница 42 – Наталья Юрай

— На меня не шьют теплые спортивные костюмы, это нонсенс.

— Пришлось купить бирюзовый.

— Зачем ты это делаешь?

— Что?

— Тратишь на меня деньги. Я большая девочка, Виктор, и теперь больше не верю в романтическую чепуху. Предают даже самые любимые. Любящие бросают. А ты как второклассник носишь за мною портфель. Зачем?

— Портфель? Я не понимаю твой юмор. Я говорил тебе, что ты мне очень нравишься, и теперь чувство стало другим, глубоким. Я желаю тебя.

— Но не любишь.

— Вы носитесь с этой любовью, как с флагом! Испытываете… Как это… Напрасные ожидания в ваших головах. А нужно опираться на землю.

— В каком смысле?

— Любовь подкидывает в небо, и человек летит, думая, что у него за спиной крылья. Но долетев до самой верхней точки, он обязательно начнет падать. Поэтому лучше стоять обеими ногами на тверди и подпрыгивать невысоко.

— Не понимаю. Ты призываешь к прагматизму, а сам даришь мне дорогие вещи.

— А гочча а гочча, си скава ла роча! Капля за каплей пройдут сквозь гору. И ты оценишь когда-нибудь.

— Покупаешь мою лояльность?

— Показываю тебе, что ты можешь иметь, если просто дашь себе возможность купаться в моем обожании. Женщин нужно баловать, тогда они расцветают как розы. Даже самые некрасивые начинают светиться изнутри, и свет этот виден в глазах. Такой взгляд невозможно не заметить. Я желаю тебя, Кира. Хочу обладать тобой. Хороший секс – это не любовь, но это и не пустое занятие. Иногда тела мудрее мозгов. Я уверен, что в постели мы идеально подойдем друг другу. Это как пить хорошее вино. С каждым глотком ты расслабляешься, и дурные мысли уже не так тяготят.

— Слушай, от твоей философии у меня голова разболелась, а от слова «секс» снова начало тошнить, я могу сходить в душ и одеться?

— Разумеется! Я буду в соседней комнате, мне нужно поработать.

Роскошное зеркало в ванной было еще более откровенно, чем Коссига. Оно беспристрастно показывало мне лицо женщины, которая вчера вечером позволила себе куда больше алкоголя, чем нужно, а теперь выглядела как отъевшаяся моль. Леша изменял мне с Лизой. Слова, сложившиеся в предложение, тем не менее не укладывались в голове. Я вспоминала наши страстные ночи и не могла поверить, что можно без всяких угрызений совести, на голубом, что называется, глазу, делать вид, что безумно влюблен. Да и весовые категории у нас с Лизой совершенно разные… Не понимаю. Зачем?

Мне казалось, что зеркальное отражение принадлежит совсем другому человеку, не Кире Жулкиной. Кира Сергеевна здорово сдала свои позиции за последнее время. А ведь она была свежа и румяна как наливное яблочко, карьера у нее складывалась хорошо. А потом вдруг на летучке появился Роман Николаевич Степанов. Дурная семья, дурная кровь.

Вцепилась в край дорогущей раковины и заставила себя улыбнуться. Жизнь ведь не кончена, Кира, она часто будет преподносить сюрпризы, не всегда приятные, но часто сбивающие с ног. Не смей сдаваться! Не смей больше пасовать и лгать! Трусиха! Слабачка! Не смей!

— Мио каро?! Тебе плохо?

— Все хорошо!

Говоришь, что нужно стоять ногами на земле, Витечка? Подпрыгивать не слишком высоко? Что ж, я отключаю сердце. Вот прямо с этой самой минуты! Только прагматизм, только свои интересы, только холодный бесчувственный расчёт.

Гель для душа пах чем-то тропически вкусным. Я водила по телу ладонями и думала о том, как оно изменится буквально через каких-то пять-десть лет. У мамы была роскошная фигура с выдающейся грудью, но время съело все, что могло, а что не могло – то понадкусывало. Ну и пусть, что без души, зато хороший секс как классное вино. Так ведь говорил Кассига?