Книга За него ответит она, страница 61 – Таша Эвер

— Я тоже хочу быть с тобой, — сказал он, целуя меня в лоб. — Но не сейчас. Не принимай таких решений на эмоциях. Мы всё обсудим. Обещаю.

Я кивнула, всё ещё дрожа. Он помог мне одеться, поцеловал в губы. И я ушла — с ощущением, что он принадлежит мне. И что теперь уже ничто не сможет нас разлучить. Так мне тогда казалось.

Но когда я вышла из ресторана и села в машину, эйфория начала спадать. Я включила зажигание, но не тронулась с места. Руки всё ещё дрожали. На губах — его вкус. На коже — его запах. А в голове билась одна мысль: «Месть».

Меня затошнило. Я опустила стекло и вдохнула холодный воздух. Дождь кончился, пахло мокрым асфальтом и осенью.

Я выехала со стоянки и направилась домой. Мне ещё нужно было забрать Машу от бабушки. Приготовить ужин. Сделать вид, что всё в порядке.

Я припарковалась у ресторана, поправила макияж и вошла в зал с рабочей улыбкой. Мишель уже ждал меня — за нашим столом у камина. На столе стоял Bollinger. Он поднялся, поцеловал меня в щёку — официально, как целуют деловых партнёров, — но его пальцы на секунду задержались на моём локте. Дольше, чем нужно. Теплее, чем позволял этикет.

— Alexandrine, — сказал он, отодвигая для меня стул. — Ты прекрасно выглядишь. Клиент будет доволен.

— Клиент будет доволен, когда мы придумаем меню, которое впишется в его бюджет, — улыбнулась я. — А бюджет у него скромный, но амбиции большие.

— Как у всех москвичей, — усмехнулся он. — Ну, давай посмотрим, что можно сделать.

Мы снова сидели в Le Château, в том же зале, у того же камина, и на столе снова стоял Bollinger. Я приехала, потому что мы договаривались обсудить меню для моего очередного клиента. Мы говорили о закусках, о сервировке, о том, сколько человек рассадить за каждый стол.

— Смотри, — он подвинул ко мне лист с набросками. — Для фуршета я предлагаю три канапе на человека. Тарталетки с козьим сыром, профитроли с лососем и мини-киши с грибами. Это классика, это сытно, это не слишком дорого.

— А горячее?

— Горячее — утиная ножка конфи с карамелизированной грушей. Звучит дорого, но по себестоимости это дешевле, чем стейк.

— Ты хитрый, — сказала я, делая пометки в блокноте. — Утиная ножка — это звучит как ресторан высокой кухни, а по деньгам — средний сегмент. Клиент будет в восторге.

— Я не хитрый, — он подлил шампанского. — Я профессионал. И я хочу, чтобы твой клиент остался доволен. Потому что довольный клиент — это ещё десять клиентов по рекомендации.

— И потому что ты меня любишь? — спросила я с улыбкой.

— И поэтому тоже, — он улыбнулся в ответ. — Но бизнес есть бизнес.

Мишель был, как всегда, обходителен, шутил, наливал шампанское, и я уже расслабилась, когда в середине разговора у него зазвонил телефон. Он посмотрел на экран, быстро сказал: «Извини, рабочий звонок, я на минуту» — и вышел из зала.

Я проводила его взглядом. Рабочий звонок. Всегда рабочий звонок. Сколько раз я сама произносила эту фразу, когда отвечала на звонок Мишеля при Андрее? «Рабочий звонок, я на минуту». Мы с Мишелем были похожи больше, чем мне хотелось признавать.

Я отпила шампанского. Пузырьки приятно покалывали язык. Камин потрескивал. В зале было пусто и тихо — до открытия ресторана оставался час. Я откинулась на спинку стула и прикрыла глаза. Впервые за долгое время мне было спокойно. Просто сидеть здесь, в тепле, зная, что он где-то рядом. Что он скоро вернётся. Что мы закончим с меню, а потом, может быть, он закроет дверь кабинета и...