Книга Жестокое сердце Тайги, страница 76 – Лина Коваль

В полном молчании подъезжаем к дому отца.

— Саш, — я поворачиваюсь к ней и пытаюсь выглядеть не дебилом с одним глазом и пересохшими черными губами.

— Яр… — она качает головой и вздыхает. — Давай не будем больше ничего выяснять. Я приняла решение, — опускает взгляд до цепочки на моей шее. — Менять его не собираюсь. Оно окончательное. Даже если мне очень захочется его изменить… делать этого не буду. — снова смотрит в глаза. — Просто отдай мне мою вещь. Пожалуйста.

Электричество выжигает вены изнутри с этими словами.

— А если я хочу, чтобы твое решение поменялось?

— Тогда тебе стоит понять, что не все твои «хочу» будут сбываться.

— Я если я хочу, чтобы все сбывались.

— Яр… — она морщится, словно от боли. — Я понимаю, что ты по жизни игрок и ценишь, условно говоря, только ту шайбу, которую надо отобрать, но быть заложницей твоего настроения не хочу. Мы уже это проходили… Давай начистоту.

— Давай… — придвигаюсь и вытягиваю светлую пружинку у строгого лица.

— Когда ты уговаривал меня выйти замуж, действовал также… Так смысл мне тебе верить?

— Тогда все было по-другому.

— Было также. Ты пер, как танк, а сразу после того, как мое кольцо оказалось на пальце, изменился. И тут же избавился от своего…

Я тянусь к бардачку, под этим предлогом задевая ее стройные коленки, и отыскиваю там золотой ободок.

Демонстрирую теперь свою руку.

— Вот. Смотри. Я тебе клянусь, что в следующий раз с меня его снимет патологоанатом.

— Господи, Загорский, сплюнь.

— Я серьёзно. Никогда не сниму.

— Да разве дело в этом, Яр? — Саша хмурится и загнанно смотрит на мою ладонь и на меня. — А ты не хочешь рассказать, зачем вообще нужен был брак?

— Потому что я в тебя втрескался. — упрямо твержу.

— Окей. Я пошла… — она дергает ручку.

В лицо тут же бьет холодный воздух.

Едва успеваю зацепить скользкий рукав.

— Стоп. Ладно… я расскажу. — ворчу, возвращая ее в тачку и потирая подбитый глаз. Больно, сука. — Хоть и не хотел, но придется. Только если ты пообещаешь, что не будешь психовать и показания не будут использованы против меня.

— Мы ведь не в суде.

— В общем, в тот день, когда ты пришла на игру, я случайно услышал разговор отца с Сагеевым. Это шоу с букетом и предложением встречаться было качественно срежиссировано.

— Постой… Твой отец? Борис Сергеевич?

— У меня один отец, малышка. Какой уж есть.

— Но зачем…

— Я не знаю «зачем», — растирая колено. — Просто услышал его планы и… не знаю, считай это моей чуйкой, понял, что ничего хорошего ждать не стоит.

— Или, как всегда, решил вставить ему палки в колеса. Я понравилась Ратмиру, он спросил совет у Бориса Сергеевича, а тот помог ему с предложением. Что здесь странного?

— Может быть, то, что мой отец не дает бесплатных советов? — я тоже завожусь. — Или то, что до этого он нанял Сагеева, чтобы тот любезно угостил меня в раздевалке водой с транквилизаторами. Даже не знаю! — резко отворачиваюсь.

— Боже… — Саша шепчет. — Я ведь не знала. Ратмир поэтому перешел в другую команду?

— Болотов такого не прощает. — цежу в окно. — Поведение отца мне не понравилось. Я решил вытянуть тебя на свою сторону, поближе, чтобы понаблюдать и сделать выводы, что делать дальше.

— Я поговорю с Борисом Сергеевичем, когда он вернется. В любом случае, уверена, что он не хотел ничего плохого. Такого хорошего человека я никогда не встречала. Понимаю, что у вас сложные, натянутые отношения…