Книга Школа стихий, страница 100 – Анна Леви

— Я бы хотел, чтобы меня выбрали. Тот пушистик был хороший такой комочек, – мечтательно сказал Лео.

— Ребята, мы подходим к пещере. Опустите, пожалуйста, головы: ждем мать-вожака, – сказала Дика.

Мать-вожак высунулась из пещеры, осмотрела всех и спокойно отошла в сторону.

— Нас пропускают. Обратите внимание, насколько она спокойнее и рассудительнее на этот раз. Всё потому, что птенцы выросли. Теперь они сами могут себя защитить, – объяснила Дика.

В пещере толпилось много крупных птиц, не намного меньше Августа.

— А вот и наши птенцы. Смотрите, какие большие стали! – восхитилась Дика.

Птенцами их и вправду было сложно назвать. От взрослых особей они отличались только поведением: бегали друг за другом, клевались, наступали друг другу на лапы, грозно кричали и махали крыльями.

— Теперь можете спокойно поставить корзины и подождать. Они сейчас отвлекутся от своих дел и начнут разбирать подарки. А дальше, если кому-то повезет и их выберут, сегодняшнее приключение запомнится значительно ярче, – сказала Лампия.

Птенцы еще какое-то время ковырялись и занимались своими делами, пока кто-то из них первым не почувствовал запах рыбы. Дальше, как по мановению волшебной палочки, все развернулись и поскакали к ребятам. Это еще одна отличительная черта птенцов: они всё хотят делать быстро. Не вышагивают так гордо и спокойно, как мать-вожак или Август. Всегда бегут, спешат и прыгают.

Несколько секунд, и вот уже они, пихаясь и отталкивая друг друга, засовывают клювы в корзинки. Вдоволь подкрепившись, птенцы заинтересовались и теми, кто принес угощения. Все как один уставились на ребят, прекратив скакать и переминаться с ноги на ногу. В пещере стало тихо. Ребята замерли. Внимательно всех рассмотрев, юные птеросоколы стали перемещать взгляды с одно ученика на другого.

— Они считывают вашу энергетику, пытаются понять, кто есть кто. На их надбровных дугах есть специальные маячки, которые улавливают всё то, что не подвластно человеческому глазу. Вас тут много, и они пытаются понять, от кого какие волны исходят, – шепотом прокомментировала Дика.

Всего птеросоколов было пять. Сначала два, а потом и еще один ушли к матери-вожаку.

— Эти пока не готовы никого выбирать. Может, позже, а может, и вообще не станут выбирать и останутся в свободном полете, – объяснила Дика.

Август внимательно наблюдал.

— Птенец Августа и матери-вожака еще тут, – сказала Дика.

Двое оставшихся птенцов продолжали переминаться, то склоняя голову, то топая лапой.

Интересно, что, как и говорил Энди, птеросоколы не проявляли к нему никакого интереса. Однако один из птенцов подошел совсем вплотную к Лео так, что его большой клюв оказался прямо около носа мальчика.

— Не шевелись, он тебя практически признал, – выпалила Лампия Дика.

Лео заглянул в голубые глаза и, казалось, увидел там горы долины и большое бескрайнее небо. Птенец прислонился головой к голове Лео, а потом аккуратно взял его клювом за капюшон и повел к выходу из пещеры.

Август усиленно начал топать и махать крыльями.

— Поздравляю, Лео! Это сын Августа, – поздравила мальчика Дика.

Лео вышел из пещеры. Он положил руку на мощную шею птенца и тихо сказал:

— Salve. Amici sumus. Eu Leo.^[15] А ты?

Птенец завороженно смотрел на него.

— Мы найдем тебе самое лучшее имя, ты только дай мне как-нибудь знать. Cum te cheama?^[16] Может, Ветер? Гром? Луч?